skysight: (Default)


Жучковский:
"«Мне видится глупостью утверждение, что «мы воюем не с украинцами, а с украинским фашизмом» (в основном «мы воюем» звучит от людей, которые «воюют» только в интернете). Это полная чушь. Мы воюем с украинцами. Не «хорошие украинцы против плохих украинцев», а русские против украинцев. Точка.»

«Воевать и побеждать можно только с ненавистью к врагу и ко всему, что этот враг олицетворяет — т.е с украинской государственностью, украинским языком и украинской культурой. Великую Отечественную русские выиграли на «ярости благородной», на натуральной ненависти к немцам, захватывающим наши земли и уничтожавшим наш народ. Точно также русским следует понять, что сама Украина и сами украинцы как народ — это исключительно враждебное нам явление, а все враждебное следует уничтожать»

«Еще раз: Украина, украинский народ, украинский язык специально, сознательно и целенаправленно создавались геополитическими противниками России для того, что расколоть русский народ, ослабить и расчленить Россию. Для того, чтобы соединить русский народ, собрать заново и усилить Россию, — Украину и украинцев необходимо уничтожить.»

«Чем раньше мы начнем это делать, тем меньше украинцев появится и тем больше количество русских сохранит свою идентичность и свою жизнь».

«Каждый, кто станет украинцем — перестанет быть русским. Соответственно, нам следует не допускать появления лишних украинцев, поскольку это сокращает количество русских».

«Задачей любой военной пропаганды, в частности, является расчеловечивание образа противника (хотя украинцы уже давно сами себя расчеловечили). И это логично и правильно, поскольку вы воюем не с людьми, а с врагами (человека убить сложно, врага — легко и почетно). Не с людьми, а с зомби. Не с людьми, а с украинцами»"
_______________________________________________________________________
Орфокомментарий:

(0___0)
Редко всё-таки в наше время коллективисты, особенно нацики и социки, бывают столь махрово-откровенными.
Обычно прикрываются "народными" или "классовыми" интересами, "патриотизмом" или "восстановлением исторической справедливости" пытаются в парадигме полилогизма "доказать научно",что "буржуи" или "дикари" реально "ущербны" или "думают-совсем-не-так-как-мы".

А тут прям редкий проблеск чистого и честного украиноненавистничества.

Добавлю себе в коллекцию Антигуманистических и Антилиберальных Воззрений и Цитат Мирового Зла.
skysight: (Default)
Источник:
http://www.furfur.me/furfur/heros/heroes-furfur/216155-igal
"

В Армии обороны Израиля я отслужил четыре года. Призывался я в 2005 году и был этому невероятно рад. Левины — военная династия с XVIII века: отец связист, обошёл на советском ракетоносце половину земного шара, дед прослужил 20 лет, прадед погиб в 1944 году под Ленинградом, встав с маленьким отрядом на пути немецких танковых частей, прапрадед служил в царской армии. Воспитывали меня в соответствующей атмосфере. Били в детском саду — мать учила давать сдачи. Когда переехали в Израиль, к милитаризму добавился национализм, еврейская гордость. Я должен был быть первым Левиным в АОИ и генералом. Из-за этого я забросил школу, у меня нет аттестата зрелости.

Попал в танковые войска, но долго там не задержался, хотелось в пехоту. Отправили на сержантский курс, там я остался на должности командира, и сам выпустил три курса. Из них один курс девчонок, а другой — русских мужиков, им было 25-30 лет. В Израиле миллион русских, многое служили в советской или российской армии, воевали в Чечне. Их называют «шлав бет» и призывают на льготных условиях: женатых на год, у кого дети — на месяц, а холостяков на три года, на второстепенные службы, например водителями.

Я был зелёным сержантом и не мог прошедшими мясорубку командовать в классическом смысле, в первый день сказал: «Я формально ваш командир, будем друзьями». В целом слушались. Учил их тому, чего они не знали: использованию винтовки М-16, специфике АОИ. Интересный был опыт, кое с кем сдружился. Помню одного такого — Алексея, говорил, что в Первой чеченской убил 50 человек, а потом считать перестал. Лицо убийцы, у меня от него кровь стыла в жилах.

В АОИ много хорошего: она образовалась из партизанского подполья, в ней сохранился дух герильи, нет шагистики, лампасов и офицерской формы. Призывают всех: богатых и бедных, чёрных и русских, друзов, сефардов и ашкенази. Есть арабы добровольцы — делают карьеру, бедуины — в отрядах следопытов. Армия всех уравнивает по-братски. Во многом военный коммунизм ЦАХАЛ и привил мне интерес к левым ценностям. Подумал: я четыре года неплохо жил в коммунистической утопии, а если все так будут жить? Отлично же!

Попытки дедовщины пресекаются на корню. Когда я, отслужив пять месяцев, почти получил капральские лычки, надулся от важности. Привезли салаг, и мы начали над ними немножко подстёбываться. Это спалила наша сержантка, отвела за угол и так ********* [отчитала]. Как-то русские попытались устроить дедовщину по традиции. Их из армии изгнали, офицеров, что молчали, уволили, командира разжаловали, а часть сперва расформировали, а потом сформировали с чистого листа. Гниль вырывают вместе с корнем. Не дай бог кого-то ткнут, что он мусульманин или христианин. В армии одна религия — милитаризм.

При этом сильное влияние иудаизма всё же сохраняется: суббота, кошерное и не кошерное на кухне. Даже в маленькой части — синагога, забитая военными, даже я пару раз ходил, искал успокоение. На блокпосте — молитвенник. На еврейском кладбище хоронят только чистых евреев. Были скандальные ситуации с погибшими бойцами, на четверть евреями. Раввинат отказывался хоронить. Это исключение из правил. Но в массе своей евреи не мракобесы, просто соблюдают традиции.

Операция «Одностороннее размежевание», 2005 год, сектор Газа, туда набирали добровольцев из кадетов — охранять религиозные еврейские поселения. Тогда я впервые понюхал пороха под обстрелами снайперов из «Народного фронта освобождения Палестины». Мы сидели на бетонных блокпостах, и пули щекотали нам нервы: чуть высунешься — и в башку попадут. Веселуха.

Потом я окончил офицерскую школу, и понеслось. Вторая ливанская война 2006 года. Первое, что я увидел — как стреляют американские системы МЛРС. Это типа вашего РСЗО «Град». Оглох на полдня. Мы воевали с «Хезболлой» — шиитской квазиармией, что управляет половиной Страны кедров. От Ливана у меня мало воспоминаний. Трупы в деревнях после МЛРС. Знакомый чувак сидит на корточках, капает слюной, взгляд «на 2000 ярдов». Война превращала людей в полуживотных, но я чувствовал себя нормально.

Большую часть службы я провёл на юге. 643-я дивизия «Газа», резервная 80-я дивизия «Эдом», её 512-я бригада «Саги» на горе Хариф. Операция «Литой свинец». Об этом позже. Долго был в батальоне «Каракаль», где большая часть бойцов — солдатки, я командовал отрядом быстрого реагирования. Это была весёлая часть службы. Пресекал инфильтратов на иорданской границе. Почти каждый день погони на джипах по долине Арава с сумасшедшей скоростью 150–200 км/ч. Рейды в кибуцы, где прятались нарушители. Иногда нам давали бой, когда видели, что нас мало. Инфильтраты — это в основном нелегальные торговцы: тащат наркотики, женщин и электронику.

Удивило отношение девушек к пленным. Когда женщина из патриархального общества получает в руки власть, она лютует. Солдаты давали арабам ходить в туалет, а солдатки — нет. Те, с завязанными глазами, голодные, ссались под себя, а девчонки смеялись.

Я не был расистом или шовинистом, палестинцев я дикарями не считал. Был фашистом, интересовался биографией Муссолини, рассматривал его как хорошего политика, что вытащил Италию из говна. Верил, что есть две симметричные силы, которые борются. Израиль был прав для меня не потому, что там евреи — он доказал в войнах, что победитель. Если бы арабы победили в 1948 году — я бы был на их стороне.

Есть уникальные вещи. В Израиль ездит много офицеров — учиться. От представителей банановых республик до американцев, южнокорейцев и немцев. Все они удивлялись и хвалили АОИ. Если прусская военная школа основывается на аристократии офицеров и немец-командир позади боя контролирует солдат, то израильский офицер всегда впереди. Ты не можешь поднять солдат в атаку, кроме как со словами «Вперед, за мной!». На иврите нет связки слов — атакуйте. Это на всех уровнях: капитаны, полковники и даже генералы зачастую идут вперёд. Ариэль Шарон генералом бегал на передовой, когда в Войне судного дня 1973 года израильтяне пересекали Суэцкий канал (МС — операция переломила ход войны на Египетском фронте) и окружали 2-ю и 3-ю египетскую армии.

Как создают высокий уровень офицерского состава? Во многих армиях, когда дают офицерское звание, к этому прилагают привилегии: оклад, бонусы, жрачка лучше. Здесь, когда ты идёшь на офицерские курсы, подписываешь бумагу, аннулирующую твои права солдата, что превращает тебя в тварь бессловесную. О чём это говорит? В офицеры идут люди идейные. Такой методикой практически отсекаются карьеристы и обиженные в детстве, которым хочется власти. С уровня подполковника начинается некоторый гешефт, если дотерпел или дожил: иногда в офисе посидеть с секретаршами, пузо почесать. Это влияет на солдат, для них офицеры не сволочи. У нас офицеры ходят в мятой форме. Помню, немец, ариец, сука такой, в выглаженном кителе с пистолетиком, говорил: «Как это — впереди и без прав?»

Израильская военная культура строилась сотню лет, с партизан «Хаганы». В АОИ умирают за идею, в отличие от наёмных армий Запада, где готовы убивать за деньги, а не умирать. Зашли в сектор Газа, операция «Облачный столб», бац — 70 солдатиков нет. Офицер — брат рядовым, а не какой-то там аристократ, а тел погибших не бросают на поле боя. Это ещё связано с иудаизмом — труп необходимо похоронить. В Ливане при мне был случай: погиб офицер, и солдаты как черти дрались с «Хезболлой», но забрали командира.

Этим и объясняется эффективность АОИ и высокий процент потерь у офицеров. Нет такого, чтобы командный состав был полностью укомплектован. Когда я выпускался, требовалось 120 офицеров, а с курса выпустили всего 37 человек. Боевые части — только 30% десантники, например, а в них берут только добровольцев или человека, который не один в семье. По факту воюющая часть — добровольцы. Когда начинается война или призыв, резервисты сами едут на своих машинах в части, их не заставляют. Это не СССР, где мальчиков гнали в Афганистан, и не Россия, которая посылала в Чечню необученных.

Кстати, гомосексуалы в армии не скрывают своей ориентации. Помню, у нас в дивизии «Газа» был открытый гей в штабе, его никто не чмырил. В женских батальонах развито лесбийство, я был этому очевидцем в «Каракале». Это не пресекается и породило уродливые формы отношений, как в женских тюрьмах. Слабых девчонок подминали более сильные. Бороться с этим сложно. Мужчина-командир один не имеет право войти в женское общежитие, а командирши не спешат с этим воевать. На боеспособность не влияет, но создает мрачный закулисный фон. В мужских частях такого нет. Солдат раз в неделю отпускают домой, чуваки отрываются на дискотеках, у них есть подруги.

Израильская армия в 1950–1960 годах — чудо военного дела. Группа фанатиков, готовых убивать и умирать за ещё слабый Израиль. Голодранцы-кибуцники, окружённые огромными арабскими странами с первоклассным советским оружием. Это в наши дни Израиль — военно-политический жандарм на Ближнем Востоке. Дух остался, но потихоньку просачиваются карьеристы. Стал ниже уровень подготовки, офицеры уже не обязаны поголовно прыгать с парашютом. Качество солдат стало чуть ниже. Появились «генералы-плазмы», которые хотят из штаба руководить боем по монитору. С этим борются, увольняют, продвигают боевых старших офицеров. Вторая ливанская война выявила много таких генералов — провели ревизию. Головы полетели.

Снижение уровня компенсируется хайтек-оружием. Правда, не оружие решает судьбу боя, а дух. Но израильская армия испортится, если станет контрактной, а пока генералы бегают на поле боя, офицеры относятся к солдатам по-братски, она будет побеждать — и неважно, кого. Хоть ХАМАС, «Хезболлу» или, если что, Иран.


Были и вопиющие моменты. Священная для евреев суббота, большинство солдат уехали домой, остались небольшие дежурные команды. Я был дежурным офицером. Нас, несколько солдат, сержантов и майора, экстренно вызвали на границу с Газой, на закрытый переход Кесуфим. В километре от блокпоста вижу в бинокль, как убегают офицеры ФАТХ, человек шесть-восемь.

До этого в Газе прошла гражданская война — исламисты из ХАМАС победили светских национал-либералов из ФАТХ.
Очевидно, те беглецы долго сидели в подполье, и их обнаружили, они бежали к нашему переходу, ломились через колючую проволоку и истошно кричали. К
ак мне потом рассказал один друз, просили, чтобы мы их впустили. Но никто ничего не делал. Я спросил майора: почему? Он ответил: «Это не наша война, арабы мочат арабов, это хорошо».

Боевики расстреляли фатховцев и утащили тела. Это шокировало. Война для меня была честной игрой, когда один отряд против другого, но бесчеловечный расстрел в спину безоружных людей на глазах «самой гуманной армии».

Или я, молодой офицерик 80-й дивизии, в отряде быстрого реагирования. Мне дали в команду водителей из «милуимнеков», резервистов. Мужики лет за 30, служили в начале 1990-х в пехоте, бригада «Голани». Забавные такие, хорошие. Мне они нравились: после трудного дня сидишь, жуешь что-то под звёздным небом в горах, а они рассказывают: семья, маленький бизнес кто-то крутит, истории о службе. И вот они вспоминают, как молодыми солдатами стояли на блокпосте, а к ним подбежал палестинский мальчик. Они дали ему боевую шутиху, сказали, что это факел, и подожгли. Мальчик обрадовался… и, бац, взрыв — ему отрывает руки. Резервисты смеются со слезами умиления. У меня холодок пробежал по спине, я не мог связать этих ныне благополучных дядек-семьянинов с таким дикарством.

На Западном берегу видел, как жандармерия из МАГАВ издевалась над палестинцами, которые проходили через КПП на работу. Я поймал себя на мысли что, будь я на месте этих простых работяг, я бы ненавидел «магавников» больше всего в жизни. Унижения — это страшная вещь.

Последнюю часть службы я провёл в дивизии «Газа», в охранении артиллерийской батареи, она отвечает за палестинский анклав на берегу Средиземного моря. Тогда началась операция «Литой свинец», на самом деле — резня палестинцев, а я уже дружил с анархизмом, а леветь начал ещё в «Каракале». Меня послали на склад с двумя водителями — привезли фосфорные снаряды для артиллерии. Я подумал: ну не хрена себе. Фосфор запрещён — это полная адуха, заживо сжигает людей. Артиллерия не меткая, хотя пропаганда говорит, что по Газе удары исключительно точечные. В итоге снаряды не доехали. Я делал всё, чтобы саботировать действия армии: в основном, по мелочи — не выполнял приказы или делал их наоборот, изменял данные. Пытался спорить с сослуживцами, но что я мог сказать, молодой ****** [говнюк]: что неправильно убивать? Так это же армия! Но больше сам с собой в голове. Маленький винтик в военной машине мало что может, но я утешаю себя, что, возможно, спас кому-то жизнь, не довезя те снаряды. Через месяц у меня был дембель.

Система государственного начального образования здесь заточена на подготовку болванчиков для армии. Уровень школы низок. В АОИ есть специальные «войска» учителей, которые учат или идеологически обрабатывают солдат, по сути, свежую глину. После службы армия даёт бесплатный шанс поступить в вузы, лучшие в мире. Но идут единицы, поступить тяжело. Большинство просирают дембельные деньги и валят в сферу услуг.

Здесь все верят: если не армия, нас ждёт холокост. Мы такие жалкие и бедные, нас всё время обижали — греки, римляне, вавилоняне, русские, нацисты, французы и все кому не лень. Немцы хуже всех. И бац — евреи назло всем запилили своё государство с высоким уровнем жизни и самую сильную армию. И теперь Израиль и ЦАХАЛ — великая ценность, которую мы должны отстаивать всеми силами. Иначе нас обидят вновь. Даже говорят: если бы при Гитлере был Израиль, то наша армия разнесла бы Третий рейх, и нас бы не обидели. Люди хавают и всеми силами защищают государство. Когда Израиль вёл прошлые войны с соседями — евреи даже из-за границы прилетали вступать в ряды армии. Как в 1973 году.

Израиль — это спартанская утопия ХХI века. По милитаризму обошли показушную КНДР. Здесь нет гражданского общества, все гражданские боссы раньше были крутыми офицерами. Даже «левые» политики, те же коммунисты тоже прошли армию. «Кукурузник», как его зовут, объект насмешек — министр сельского хозяйства Амир Перец — майор. Анархисты — и те. Мамашка, что возится с детьми на улице, стреляла больше, чем армия Украины до Донбасса. На полигоне мы стреляли, пока не сходили с ума от грохота и сгоревшего пороха.


Да и я, отрекшись от израильской армии, не стал пацифистом. Я за курдское движение, что дерётся с оружием в руках в Курдистане. Оружие — это инструмент для хороших и плохих целей. Как и Оруэлл, я считаю, что пацифисты — лучшие друзья фашистов. С молчаливого согласия пацифистов мрази приходят к власти. Толерантные леваки боготворят Оруэлла, забывая, что он товарищ был боевой — воевал в Испании с франкистами.

Мы, группа анархистов-коммунистов «Ахдут» («Единство»), и некоторые группы анархистов здесь считаем так: это государство — милитаристское и расистское. Палестинский народ задавлен. Палестинцы, изгнанные в 1947–1949 годах, имеют право на возвращение. Любая трансформация Израиля, предоставление гражданских прав арабам приведёт к тому, что евреи станут меньшинством. Они уже меньшинство. Это будет конец Израиля как ультраправого государства.

До этого я долго левел, до сих пор пытаюсь разобраться, изучаю экономику, классовые проблемы и национально-освободительные войны. Сомневаюсь. Общаюсь с леваками, марксистами, анархистами.

Изначально возмущало не то, что армия убивает, а абсурдность ситуации.

Границы, из-за которых расстреляли «фатохов». Почему они есть? Отчего Газа — гетто для двух миллионов человек на узкой полоске, ведь раньше этого не было. Это был долгий процесс. Я искать причины. Читал об истории Израиля, Палестины. Сначала беженцы-арабы в 1940-х годах, потом оккупация Западного берега и Газы в 1967 году.
Когда я осознал, что людей специально зажали в гетто, бомбят, держат в нищете, а Израилю всё равно — нищий палестинец или буржуа. Понял, что израильтяне, а среди них не только евреи, — это каста господ. Израиль эксплуатирует и давит палестинцев, как Спарта илотов.

Взять ту же войну с сектором Газа. АОИ может за месяц захватить Газу и за три зачистить. Потери превысят 200 убитыми. Наверное, ликвидация ХАМАС стоит того? Когда пропалестинские активисты с Запада говорят, что ХАМАС героически стоит — это фигня. Интересно, ХАМАС в это верит или нет? Но Газа нужна как образ врага: ХАМАС хочет скинуть евреев в море. Он обстреливает Израиль, держит людей в страхе. Газа — поле для экспериментов ВПК Израиля и США. При мне в «Литом свинце» опробовались новейшие разработки. «Айбл» — это такой шарик, кидаешь в комнату, он всё сканирует. Экономика Израиля заточена под ВПК и продаёт проверенное на арабах оружие в кучу стран мира.

Дегуманизация палестинцев начинается с детского сада. Когда встречал пленных в Газе, то видел много людей с высшим образованием, что рискуют жизнью или свободой. Я понял, что арабы сопротивляются не потому, что они звери. Встал на сторону палестинцев — честный человек должен быть на стороне угнетённых.

По окончании службы мне предложили перебраться в штаб на нетрудную работу с перспективой капитанского звания — отказался. Не хотел служить идеям ****** [негодяев] и ушёл в левые радикалы. На гражданке меня должны были призывать в резервисты, но я отказался. В сентябре вот не пошёл вновь. По-тихому бегаю. Возможно, за это меня посадят в тюрьму.

Почему ещё не репрессировали? В Израиле легко саботировать призывную систему. И один пикантный момент — в Израиле почти нет офицеров-отказников, особенно ставших известными анархистами. Про меня раза три писала одна из центральных газет Израиля — «Арец». АОИ не нужен громкий скандал с офицером-мучеником в тюрьме. Это подрывает легенду об израильском офицере как лучшем гражданине государства-крепости.

В Израиле политические инциденты с гражданами любят затирать. Здесь не доводят до того, как было в России с Pussy Riot, когда сама Мадонна впрягается. Власти действуют грамотно: Израиль — еврейская утопия, и на всех уровнях существует правило «еврей еврея не обидит». Помнишь, в США был солдатик Мэннинг, который слил WikiLeaks, как американцы с вертолётов мирных жителей убивают? Его навечно посадили, как будто он Вселенную предал. В Израиле девчонка Анат Кам передала журналистам много секретной информации об АОИ. Её закрыли на четыре года и выпустили досрочно через два года.

Меня если и посадят, то на полгода. Зато палестинца могут упаковать за ерунду на пожизненное или держать годами под административным арестом.

Многие сослуживцы отвернулись от меня, как и друзья — я ведь предатель-левак. Здесь общество с синдромом вахтёра. Из друзей детства у меня осталось всего двое. С родными был жёсткий скандал, они хотели видеть меня генералом, некоторое время со мной не разговаривали. Сейчас уже мать смирилась, что я заблудший сын. О политике не говорим.

Пытался покинуть Израиль. Мне интересна ситуация в мире, особенно на Украине. Жил в Германии месяца три-четыре, сотрудничал с анархистами, потом помогал строить аграрную коммуну в Латвии. Тренировал на Украине в анархических лагерях добровольцев-леворадикалов. Готовлюсь к важной поездке в Рожаву, к курдским революционерам. Я интернационалист и готов делиться своим опытом. Но вернулся из-за личных причин.

Жить в Израиле я не собираюсь, планирую покинуть его в течение двух лет. Палестинцы угнетены, а я пользуюсь привилегиями белого колонизатора.

На меня давят психические проблемы, связанные с Палестиной. Это мои триггеры. Когда вижу или читаю о том, что творят с палестинцами, это выносит мозг. Недавно менты расстреляли, с контрольными выстрелами, двух девочек. Я знаю чувака, который после службы на Западном берегу — там для арабов военный режим — чокнулся, подсел на марихуану и гашиш и уехал жить в Москву.

Да и армия не проходит бесследно. Израиль — страна, которая воюет. Здесь массовый психоз у военных. Последняя операция в Газе — «Облачный столб», после неё несколько сотен солдат и офицеров были признаны инвалидами-психами. Неофициально больше. Страна на страшном нервозе.

После четырёх лет службы у меня поствоенная травма (посттравматическое стрессовое расстройство). Это очень мерзко. Долго ходил к психологам и сексологам. Да-да, образовались траблы и на этом фронте. До сих пор есть много сложностей.

Вот уже почти восемь лет мучаюсь бессонницей и ночными кошмарами. Иногда бывают флешбэки с войны. Часто вспоминаю халатность командования.

Я видел, как человек, наш инженер, подорвался на мине из-за неточных данных. Был свидетелем самоубийств: в «Каракале» одна девчонка, с которой мы дружили, застрелилась. Я не мог понять почему. На границе с Газой я как-то попал под мощный миномётный обстрел. Мы несколько минут прижимались к земле и боялись сдвинуться с места. Мина попала прямо между двумя солдатами. Оба погибли на месте. Очень сильное переживание. Это не дает нормально жить, я набрал в весе, очень много ел, отрастил брюхо. Подорвано здоровье — проблемы со спиной, например. Но инвалидность я себе выбивать не хочу, хоть и имею такое право. Не желаю брать подачки от государства.


Но буду ли я ещё раз воевать, если, например, здесь нарисуется «Исламское государство»? Сложный вопрос. Халифат — это далёкий сценарий. Я живу на севере, в Хайфе, здесь рядом «Хезболла». Скорее всего, я уклонюсь от армии. Но если пойдёт резня мирных жителей — евреев и арабов, а исламисты с удовольствием убивают арабов, я попытаюсь сколотить свой отряд. Еврейско-арабскую милицию. Отвоевать анархическое пространство.
(с. Игаль Левин)
"

____________________________________________________________________________________
Орфокомментарий:
Мне всё же было бы сложно назвать "фашистами" даже очень агрессивное и озверевшее от страха, безумия и привычки к всеобщей ненависти,но всё-таки национальное меньшинство в окружении далеко не самых пацифистских сил.

Но с одним можно согласиться: если человек хоть в какой-то степени разделяет гуманистические взгляды и продолжает видеть не "врагов" и "выродков", а "людей" на противоположной стороне разлома - то и душа от этого страдать будет тоже. Она будет раскалываться с каждой смертью - если и не "чужого", то по меньшей мере своего. Снова и снова смотреть, как только что смеявшийся человек обращается в мясо и ползает,подбирая кишки. Какова ни была цель, это её утилитаристская цена.

Тут пропаганда как раз и спасает от невыносимой боли. Если психических защит - толстых слоёв социализированной лжи в уме не выстроено или если они слишком противоречивы - то вне зависимости от взглядов - фашистских, коммунистских, анархистских,либеральных,консервативных - тело будет справляться с переживанием,соматизируя боль противоречий.

Потому как сомневающегося коммуниста от сомнений может на какой-то момент "вылечить" общество - коллективизм имеет большую,обширную Матчасть, ей можно диалектически затыкать все сущностные вопросы о себе.

Не убедишь себя в том,что режешь "тупое зверьё" - даже свинью не зарежешь, даже цветок не растопчешь, если понимаешь, что это не просто "поросль земная", а живое существо с собственной жизнью и долгим ,трудным эволюционным путём, абсолютно перед тобой беззащитное и предкам которого твои предки обязаны самой своей жизнью.

Но защищается ли сознание от боли путем "психопатизации", отрицания человечности, дегуманизации "врага" или путем долгих оправданий - до полной деперсонализации и обезличивания идентичности - часть души война непременно "съест".

Мне сложно,например, придумать такое оправдание,такую форму рационализации Танатоса, чтобы мой собственный ум мог бы без соматизации "проглотить" вменяемую мне необходимость постоянных убийств других - достаточно цивилизованных, аладеющих языками,письменностью,верой в лучшее,способностью любить - людей.

Можно сосредоточиться на мысли о том,что истоки всего нашего - далеко за пределами нас самих.
Что природа-дура хрупка, жестока, что это - "бесконечная давильня" Заболоцкого, которая в лице нас самих заслуживает самой нестерпимой боли,чтобы,может быть, однажды опомниться от кровавого кошмара...Очнуться - но приблизиться и к кошмару ,может быть, ещё более жуткому - кошмару скуки, бессмыслицы и социальной энтропии.
И что вот этим выстрелом я навсегда прекращаю для кого-то возможность цепляться за этот кошмар, убиваю вместе с жизнью - и боль.и страх, и муку ожидания ,и изменения, и разочарования - все нынешние и грядущие. Разрываю саму возможность для индивидуального сознания столкнуться однажды, по мере своего развития, с настолько большой и настолько ужасной частью истины,что это стало бы для него хуже смерти.
Смерть,с материалистической точки зрения - лишь прекращение ощущений, возможности действововать в стихии социального, создавая новую историю и возможности мыслить.
Это остановка бегства природы от сплошного,впритык, неопосредовнного ничем самообъятия.
С этой точки зрения, хрупкая прослойка человеческих нервных узлов только путает и мешает.

Тут на помощь может приходить только опьянение, только Дионис, только Кали, только силы самого иррационального, природа которых даровать безусловный и ни на чем не основанный покой.
Танатос это чистота. Нежелание длить жизнь любой ценой.

"Ты хочешь Истину? Но Истина ужасна-
Позволено немногим любить Ужас
Скорей всего,ты жаждешь идеала-
Идеал прекрасен,любить его так просто"


Идеалисту-консерватору любой религии много проще убить человека, зная и твёрдо веря,что снимается лишь тонкая шкурка с косточки финика, а Высшая сила разберётся в правде и правоте сторон лучше, если знает,что душа исполнителя не была крива в намерениях своих.

Материалисты-либералы, материалисты-объективисты, технофашисты и материалисты-социалисты такую роскошь позволить себе не могут.
Но гегелист-марксист может, минуя настойчивые призывы Поппера "не плодить ложнопредсказательных сущностей с опорой на историю", оправдать смерть "классовой борьбой" или тем,что "это все равно были реакционные народы и буржуи, которым пора уйти с арены истории, ибо то были мрази", "они не угодны духу времени" и так далее.

У либерала-гуманиста-материалиста нет даже этого.
Для нас теории классовой борьбы, культы деятельных личностей или победа Халифата в конце времен- скорее рационализация Танатоса, чем руководство к действию или повод для борьбы за личное и общественное счастье на земле, - мы не можем присягнуть даже этому идолу в поисках спасения от вины, тревоги, враждебности окружения и необходимости ответить на многократное и непростительное насилие той же монетой.

Знаю одно. Однажды сила человеческой ненависти сделает и это частью истории.
И это будет для новых людей тем же,чем для западноевропейской или китайской современности - борьба египтян с гиксосами.
Не то,чтобы это нас сейчас не касается вообще. Мы наследуем и тем,и другим, и многим им обязаны.
Касается - но уже под таким углом, который не смертелен для человека, сосредоточенного на мысли о величии и культурном вкладе одной из сторон конфликта.
skysight: (Default)
/
Проблемное поле социальной психологии - Вторая мировая война, и её ключевые фигуры
skysight: (Default)
"...Понимаете, Крапивин сформировал огромное поколение, и не одно поколение, и не только благодаря своему отряду «Каравелла», но прежде всего благодаря, конечно, своей прозе. Понимаете, я много спорил о Крапивине с профессиональными педагогами. В этой прозе меня некоторые вещи настораживают. Прежде всего настораживает меня то, что мир взрослых у Крапивина чаще всего враждебен миру детей. И такие герои, как дед, например, в «Колыбельной для брата» — это счастливые исключения, это такие вечные дети. И сам этот дед со взрослыми не ладит абсолютно, он вечный подросток. Я вечных подростков не люблю. И романтизм мне не очень нравится. И поэтому весь романтизм крапивинских героев… Чего стоит одно прелестное название — «Баркентина с именем звезды». Этот романтизм меня несколько не то чтобы отвращает, отшатывает, но он меня пугает отчасти, конечно.

Знаете, я всегда был уверен, что никакой литературной эволюции по большому счёту нет, а борются всю жизнь два жанра, два образа мысли — просвещение и романтизм. Просвещение — это вера, что если дать человеку нормальные условия, он станет нормальным (ну, условно говоря, французское просвещение). А романтизм — это вера в то, что человечество — это масса, толпа, но среди неё есть отдельные люди.

Из просвещения получился коммунизм, из романтизма — фашизм. Я всё-таки больше люблю просвещение при всей его плоскости. Кстати, из-за просвещения тоже много крови получилось во время Великой французской революции. Поэтому моё отношение к романтизму, такое априори недоверчивое — моя личная проблема. Но тем не менее я романтику не очень люблю."

(с.Дмитрий Быков)
________________________________________________________________________________
Орфокомментарий.
*Режим свободных ассоциаций*

Быков тут немного мутит воду или, может, намеренно, ради художественной трансгрессивной провокации, смешивает несколько разных понятий.

Нормы ведь бывают различные - "по низу" и "по верху". Массовая грамотность(когда умение грамотно писать и читать на родном языке становится естественной и неотчуждаемой способностью, расширяющей индивидуальность человека) - это в некоторых обществах норма. Принудительная - но при этом мы понимаем, что без обучения человеку будет гораздо хуже.

А в некоторых норма - это массовая безграмотность(по сути - умение говорить, считать и договариваться при неумении читать и писать, фиксируя договорённости между собой на внешних по отношению к коллективной памяти источниках)


Точно также "экстремизм", "исключительность", качественная специфика(а большинство вещей в мире самоисключительны - чайник потому и чайник,что это исключает возможность его использования в качестве и функции подноса) - это не "зло", а нейтральное состояние, которое может дать различные исходы.

Мир взрослых у многих писателей отличен от мира детей или пугающ,а часто и враждебен ему.

Даже у Туве Янсон эта черта есть, пусть и очень "затушёванная" и по-матерински "примирительная"



Тут Быков и сам отчасти выступает на стороне "Постороннего Взрослого" ,но не на стороне "Неравнодушного Родителя".
Мир взрослых у того же Экзюпери определяется количественными величинами - "нормально-ненормально", "много-мало", "дорого-дёшево". Мир ребенка определяется качественными(но преимуществнно эстетичскими, поверхностными) переживаниями и его собственными привязанностчми - вот эфемерные розы и вот вулканы. Вулканы важны,но розы- нет.
Вот дом ,но он красив ,потому что дорог,а не дорог,потому что красив.
Как Быков рассматривает человеческое? Чрез количественные величины: "нормальный - выделяющийся".

Молодец, сдал экзамен на взрослость.
Я вот так бы не смогла,наверное:)

Жанры борются, и во многом борются зря. В литературе ,собственно, давно произошло желаемое Рорти изменение - деполяризация этих двух начал - то,что до сих пор не произошло между "демократами и "республиканцами" в его родном США. Гегелевский "синтез", позязя.


Могу свою позицию (путь и несколько "инфантильно-апологетическую", "в защиту юродивых аксолотлей" - но никак не "регрессивно-апологетическую") переформулировать так:

Воспитанием можно сделать человека нормальным. Воспитанием можно при хорошей наследственности и сильном родительском самовложении сделать гениальным.
Но хорошим человека при помощи воспитания сделать нельзя.
Хорошим(качественно, интерсубъективно и объективно, "заслуживающим любви", по рэнд) человек может сделать себя только сам - если у него есть воля и энергия к этом,если человек любит доброе и стремится уподобиться идеалу

Нужно отличать меритократический романтизм Будды от трансгуманистического и очень "силового" романтизма Ницше.
Тем более, правильный романтизм(не Гитлеровский точно) не может не быть семитофильским, хотя бы чуточку.

Рафинированный маникально-депрессивный интеллектуал еврейского происхождения - это всем людям Людь, если только с катушек не съедет в процессе созидания инновационных ценностей и высших радостей:)Конструктивными романтиками чаще всего получаются они.

Тут можно пошутить,что отбор бывает искусственный, естественный и сверхъестественный.
И рафинированно-интеллектуальные маниакально-депрессивные еврейские инноваторы - продукт сверхъестественного отбора:)


...Человек существо страшно символичное.
Он притупил когти и обоняние, развил мозг, обнажил кожу и встал вертикально на ноги.
Конечно,иногда и поспать нужно,и тт горизонталь приходится очень кстати. И в клубочек можно свернуться,и вернуться к истокам, регресснуть,отдав дань природе.
Но в дневное время, мы поднимаемся к небу, поднимаем голову вверх и ориентируемся на вертикаль:)

Другое дело,что у незрелых людей психологически стадия контрзависимости может очень надолго затянуться.
И тут есть чего бояться, и тут у Быкова срабатывает правильная "защита": радикализация молодёжи и инфантильных взрослых может привести как раз к тому,что мы сейчас видим на примере ИГИЛ и мощного стремления к терроризму либерально-демократических и материалистических обществ.
США - "большой шайтан".
Китай - тоже шайтан, но всё-таки поменьше.

Если говорить о "взаимотвращении",то я как раз с этим сталкиваюсь,когда пытаюсь "законтачить" с теми,кому за 30.
Уважаемое Старшее Поколение пережило крушение нескольких идеологических "матриц" и оно чудовищно цинично,равнодушно и боится ответственности. Поколение "за 30" - это нигилисты и им все эти искания смешны, они предпочитают тихую гавань и безопасность, даже ценой потери смысла жизни.
Они как "живой мертвец" Дрого - жизнь вроде есть, а жизненность, вертикальное "ницшеанское" направление отсутствует, только к этому добавляется ещё и такое консервативно-возрастное желание "придавить"(не "конструктивно разочаровать и мудро направить", "притормозить",а именно задавить. высмеять,принизить) все,что идёт после.

В этом смысле получается странный контраст: на смену идут поколения "идеализирующих СССР" детишек,которые знают СССР по рассказам родителей и для него "трудовой подвиг" - это не навязший в зубах прокисший штамп, а живая,пульсирующая, пылкая реальность, в которую они будут вкладываться до последнего вздоха. А старшее поколение,которое ненавидит Горбачева, Гайдара, Чубайса,Обаму и Ельцина вроде бы и не против такого расклада - им всё едино и фиолетово:)

Опять же, Быков - христианин, у него органическое отрицание смерти, старательное избегание "слепого пятна", сквозной дырочки в бесконечное.
Для него Бог и бессмертие души есть, потому что "должны быть", потому что мир обязан его количественную отдельность увековечить,потому что воображение не может простираться за зону своего отсутствия - "не могу представить - МЕНЯ - и нет".
"Цветаевское" нарциссическое недоумение -
"МЕНЯ, любимого - и нет? Невозможно! Нужен Бог!"

Самое детское во взрослом, состоявшемся в большинстве отношений. То,что не дает цветку стать плодом, пасть в землю, дать семя. Отрицание смерти - и отрицание жизни, и "воли к власти", которая неотделима от органической - организованной - жизни.


"Не могу вообразить смерть и не хочу о ней думать - значит, её и нет. Не смотреть ТУДА, не смотреть, не смотреть"


А вот романтики(если говорить об ответственном, зрелом, оптимистичном , филантропическом - а не мизантропическом - романтизме) - это существа, у которых присутствует редкая(пусть и исторически "монашеская и воинская") добродетель памятосмертия.

Смерть, её отчётливо признаваемая реальность - знак того,что есть не только субъективное и интерсубъективное,не только нормальное, но и то,что начинается только при условии твоего успешного завершения.

Быков - вполне дуалист и этерналист в буддийском понимании и в буддиском видении человеческого психического.
Россия в этом смысле грустная страна - у нас нет чувства Срединного пути, бодаются(и в литературе,и в жизни) в основном именно нудные трезвые христианские консерваторы с пошлыми про-советскими хамами.
Притом,что "культа качества" не было ни тогда, ни потом.
Был низовой культ "сделаем на отъебись", "культура туфты", культура "безнадёги", культура тупика, избегающего любо ответственности и отому неспособного сформировать ни монолитную структуру ,ни структуру жидкокристаллическую, в лучшем случае - решето, когда за любое действие может последовать,а может и не последовать заслуженная реакция. "выборочные репрессии" и "выборочная отвственность".
Суть:
skysight: (Default)
...При попытке отстроить и выявить некоторые базовые, универсальные согласовательные принципы, которые были бы в известной степени "климатически" независимыми для различных биологических и социокультурно сложившихся адаптивных типов в контексте генеративного объективизма(слабое место классического рэндовского- как раз плохая проработка геополитики), неизбежно сталкиваешься с проблемой примитивизма - с проблемой неизбежной регрессии универсальных ценностей к уровню существования "охотника-собирателя".

Проблема эта, между прочим, вполне фрейдистская - регрессия в сторону охотника-собирателя , образ жизни которого доминировал на протяжении 90% нашей общечеловеческой истории(а кое-где его реликт ещё и сейчас сохраняются, безо всякого существенного изменения) - происходит очень легко.

Даже если почитать Карла Маркса, он в одном месте, рассказывая о светлом коммунистическом будущем, представил его в том виде, что утром человек, если хочет, может пойти с ружьём на охоту, а потом пойти поработать в поле.

Идиллическая охотничье-собирательская эскапистская картинка.
От этого толстовско-пелевинско-примитивистского упрощения очень трудно убежать. Охотник-собиратель - хитрейшая тварь. Он живет в каждом ловце покемонов, в каждом любителе фентези, в каждом любителе пост-апокалиптики и "симуляторов выживания".

Это один из вариантов "потерянного рая" - не эмбрионального уже, сопоставимого с одноклеточным безмятежным парением в водах океана, ещё не населённого хищниками, а рая, где властвует Ситуация. Где самообеспечение ещё не рутинизировано и нет контрактов социального плана, которые заключены давно и не тобой.
Где ты опираешься на силу разума, тела и воображения.
Даже цивилизованные люди бессознательно постоянно ищут, где бы им выпустить свою охотничье-собирательскую натуру в допустимом и законном виде, где это не вызовет хаоса. Хотя порой очень многие не могут устоять перед искушением создать "ситуативный хаос" искусственно, дабы внутренний Охотник мог провяить себя во всей красе.

В классическом объективизме примитивизм рассматриался как нечто внешнее и прогрессивно преодолённое, что соответствовало принипу прямой классической линии.
Рэнд отрицала "гравитацию" нашего примитивного бессознателього, полагая его чем-то едва ли большим, чем просто дурное намерение или вредную привычку.

В моем же, генеративно-объективитстском понимании, человек существо рациональное, но ограниченно рациональное. Рациональность легко подменяет себя рационализацией, если не иметь достаточно психологической бдительности к ней.

С одной стороны, наличие этого общего ядра у большинства нейротипичных людей с нормальным уровнем здоровья - дает надежду. Это значит, что мы действительно на этом глубинном уровне едины.

С другой стороны, то,что действительно имеет для генеративного объективиста значение - высокоразвитое, индустриальное, информационное, капиталистическое, специализированное, минархистское общество с развитой рыночной экономикой - требует чего-то бОльшего, чем одно наличие общего этического примитивистского ядра.

Генеративный объективизм не должен в этом отношении наивно повторить ошибку классического - и ставить знак равенства между понятием "США" - и "Цивилизованность". Америкацентризм(и любой "центризм" - сионистский ли он или евразийский) нужно исключить с самого начала.

У планеты Земля нет "сердца" или "головного" сакрального центра, который был бы задан некоторым Провидением на климатическом или географическом уровне таким образом, чтобы рождающиеся в нем обитатели были заведомо более компетентными для управления обитателями других центров и злоупотребления этой привилегией. Признание любой такой установки по определению отдает нацизмом, расизмом, империализмом, колониализмом и многими другими бяками. Да и банальной несправедливостью, не имеющей ничего общего со точной оценкой поступков человека внутри соответствующей среды. И оно входит в противоречие со здоровым глобализмом, а также просто с пониманием единства происхождения живого мира и в особенности человечества. Да, на органическом уровне, конечно, представители одних популяций будут друг другу несколько ближе. Также многие вещи задаёт и будет задавать языковой барьер и границы синтаксиса.
Тем не менее, мы живём всё-таки в 21 веке - веке генетики и протеомики, веке самосозидания и самотрансформации, веке, когда необходим поиск альтернативных средств выражения общих духовных и материальных истин и выражения самих себя.
Часть людей имеют доступ(языковой, временной, экономический, социальный) к возможности такой самотрансформации.
Часть - нет. Невежество приводит к катастрофическим ошибкам.
Часть людей имеет мужество заведомо оставить себя на тот уровень, где прекращается слепое следование несогласующимся с истиной социальным контрактов. Часть нет. Трусость ведёт к заведомо большему поражению, чем готовность отстаивать свои духовные принципы, вне которых экзистенциальный гуманизм выродится и редуцируется до гедонизма и ,опять-таки, неизбежного примитивизма.


Другое дело, что меня ещё беспокоит проблема регрессии внутри цивилизации, внутренние островки слабости, неадаптивности, островки деградации, которые порождаются самим социумом.
Если сравнивать жизнь офисного планктона и охотника-собирателя, то жизнь первого может быть гораздо более примитивна.
Городской житель не обязательно более развит(по Фрейду и Адлеру и отчасти по Масловским критериям), чем сельский житель или охотник-собиратель.
Если последовательно стоять на позициях "зрелого антиконформизма", "анти-примитивизма" и анти-коллективизма, то в данном случае очевидно,что мы не можем обеспечить развитое общество без внутреннего механизма "скидывания карликов с плеч" великанов.
Мы не можем "сакрализировать" ни биологическую, ни социиокультурную преемственность и рассчитывать на то, что только она одна уже дает нам достаточные основания для того,чтобы ставить индивидуума из хорошей линии преемственности в более снисходительные к его или её личным слабостям и порокам условия оценки.

В то же время, это и не должно означать, что саму качественню интеллектуальную , экономическую,нравственную, институциональную генеративную(поколенческую)преемственность не надо культивировать овсе - прогресс невозможен как без динамической составляющей, выискивющей лучшее и новое, так и без "консервативной" составляющей, сохраняющей уже найденное и воспроизводящей память о некотором историческом опыте в новых поколениях.

Я не знаю, обречён ли человек в отсутствие метафизической,этической и онтологической "вертикальной" перспективы, без "биокосмистской" сверхцели.
Может быть, и нет. Может, есть способ обойтись не только без суеверий, магизма, сакрализаии "крови и почвы", религиозного мракобесия, марксистского революционного утопизма и примитивистского эскапизма, но и без экономически бесперспективной надежды на космос как вертикальную перспективу и "стержень" ,который мог бы собрать вокруг себя человеческие усилия.

Если говорить о познавательном аспекте, то каждый новый человек - это маленький кусочек полной темноты. Каждый новорождённый человек начинает с биологического и социокультурного минимума и когнитивного "нуля". Затем в процессе поиска "восстанавливает" картину мира, полученную от семьи или людей,эту семью заменяющих, соглашаясь с полученным опытом или отвергая его. Всё это висит на непрочных страстях и влечениях. И сопровождается нагромождением неисправленных(и повсеместно игнорируемых) ошибок.
При этом, личная поисковая перспектива человека радикально разнится с общеисториеской.
Противоречия,с которыми сталкиваются новые поколения, не копируют возникающие в ходе истории дилеммы, дилеммы радикальные, "не-обходимые", дилеммы на уровне "или жизнь,или смерть", или "да",или "нет".

Логика истории - это логика давления обстоятельств. Значительная часть выбора происходит под давлением обстоятельств внешних,но значима(как этико-эстетическая "рамка", как Нарратив и как повод для гордости через причастность к преемственности) именно та их часть, на которую давят скорее личные,внутренние обстоятельства.

В этом трагедия "сослагательного наклонения" - очень многие вещи в истории не должны были бы случиться, как по мнению их современников, так и по мнению потомков,которые сочувствовали именно прежнему, ожидаемому, желаемому курсу развития, "планка" которого не была перепрыгнута. И многие люди трепетно сохраняют верность тем "несуществующим, "сослагательным" мирам, которые были "обойдены" потоком реальной истории.
Мирам,которым не суждено было захватить материальные формы и выразиться в них.
И я это чувство могу понять - мой мир,в частности, в котором мне было бы уютно, это мир, где князь Голицын и регентша Софья не уступили Петру трон. Тогда бы Перунат был бы немного сбалансирован.
Моя генеративная перспектива если откуда-то и может "вырасти" "укорениться" в чем-то, то только в этом.
Я не признаю тех полярностей и общественных Больших Вопросов, которые затем велись в 19-21 веках уже просто потому,что опираюсь на идеальную ситуацию, где сами эти вопросы были бы абсурдом и выбором между двумя формами социального и духовного зла.

Это не означает, что не было бы других. Но я бы могла "занять" определенную линию этой "вопросительной" преемственности, потому что была бы соориентировпана относительно неё под другим углом.
А так я не имею по своей природе ну ничего общего с той сеткой вынужденных решений,которые были приняты последние 400 лет и которые для "историцистски-ориентированных" людей являются "канвой", по которой только они и могут вышивать свой путь.
Этот груз я отвергаю и локально(в "своей стране"), и глобально("планетарно") - потому что это не согласованные с моим существом решения, которые я не рассматриваю как оптимальные в перспективе экзистенциального гуманизма и которые не рассматриваю как органичные мне. Многие из должны быть(и не только по моему личному мнению) деконструированы, ибо тупиковы по большему счёту. Деконструкция может принять разные формы, и это пока что от нас зависит. Очень скоро - уже не будет зависеть. Время очень дорого.

В перспективе Абсолюта-то всё оптимально, но это уже другой момент. Вневременной и принципиально внеисторический.
Возможно(и даже наверное), что я таким образом просто ищу способ сойтись на некоторых общих основаниях между моей внутренней "цивилизаторшей" и моей внутренней "охотницей-собирательницей" и слепо переношу этот импульс вовне, не слишком прислушиваясь к актуальныим потребностям пространства.

Это, конечно, с моей стороны вопиюще недиалогично и противречит принципу Реальности- пространство и его актуальные необходимо уважать и с ним же соизмеряться. Я и в Го, в Вей-ци(отдадим дань китайцам-первоизобретателям) играю отчасти для того,чтобы научиться смиренно работать с постоянно редуцирующимся пространством вариантов, в котором мне нужно выстроить жизнеспособную систему.

Но пока что я не считаю "перезагрузку культуры" невозможной. Мне вот только не хотелось бы,чтобы "откатная волна" задела важные для меня и мне подобных опорные точки.
skysight: (Default)
"Режим "Йа Несу Бред"


...Есть среди Либерального Племени устойчивый стереотип, согласно которому "западники" - это сухие, бездушные создания, технари, юристы, любители абстракций и высокого матана, а "почвенники" - это чувствительные, сентиментальные, религиозные гуманитарии-филолухи, любители искусства, и народных духовных стихов.

http://old.russ.ru/politics/20010803-ble-pr.html
"...Исторически так сложилось, что представители именно этих главнейших направлений общественной мысли в России всегда с большим трудом находили какие-то общие точки соприкосновения и взаимопонимания. Отсутствие такого взаимопонимания очень дорого обходилось как самим западникам и почвенникам, так и русской общественной мысли и жизни в целом. Сейчас положение не лучше. Для людей, исповедующих разные взгляды, по-прежнему легче и естественней либо уйти от диалога, наклеив на собеседника более или менее элегантный (в зависимости от эрудиции) ярлык типа "ортодоксальный", "не способный к развитию", "высокомерный" и пр., либо сосредоточиться на различиях идейных позиций, - чем попытаться найти общую основу для конструктивного разговора.

К сожалению, и той, и другой стороне часто не хватает способности, о которой говорил Г.Батыгин при обсуждении в клубе "Дискурс" темы "Об интеллектуальном насилии": у социолога не должно быть своего мнения, "он должен привести аргументы против всех, в том числе и против себя".
Если "аргументов против себя" нет, значит и "эмоционально чувственные" почвенники, и "рационально-отчужденные" западники имеют исключительно ценностные основания своих идеологических построений.
"


Такое деление на первый,второй и даже на десятый взгляд мне кажется совершенно безосновательным - хотя бы потому что я не вижу фатального никакого влияния конкретных стилей мышления и акцентуаций характера на политические воззрения, которые скорее зависят у обычного человека от:

1)Потребностей
2)Драйвов
3)Профессии и класса
4)Симпатий
5)Степени информированности
6)Травматического опыта общение с представителями иных воззрений.
Крайне редко встречается вариант 7, ТРУЪ-диалогический -
"Потому что это правильно.
Правильно - даже если содержание доктрины не отвечает моим текущим эмоциональным конфликтам, никто из моих знакомых или друзей так не думает, даже если мне это неудобно, даже если это трудно. даже если это не оправдывает меня, даже если я точно знаю о достоинствах других воззрений, даже если литературы других направлений в моем распоряжении гораздо больше, даже если я немало лично страдаю от недобросовестных представителей этого воззрения"

Крайне редко - не равно "невозможно"
. Просто до этого пункта очень долго "идти".

Даже т.н. "либеральный" мозг и "консервативный" мозг(для которого потребность в безопасности, принадлежности к группе, в чистоте, сильная "импульсивная" брезгливость, реакции отвращения - доминируют над любознательностью, влечением к новому и свободомыслием) - это предрасположенность, но далеко не фатальная и даже не самый сильный фактор.

Я одно время, сильно упоровшись характерологией, пыталась "нащупать", нет ли каких-то политических "ориентиров".

Сначала мне казалось(из-за опоры на собственный опыт), что шизоидные и шизотипические акцентуаты ну просто обязаны быть мультикультуралистами и анти-авторитаристами.

Но вот Николай Дыбовский - вообще вне русского Логоса - не мыслит себя.
Меня этот момент поразил.

Потом натыкаюсь на самодержавного Тютчева и на национал-ориентированного Григория Сковороду - и становится очевидной несостоятельность предположения о том,что "текучесть", "логоичночсть", "неотмирность" шизоидов , сложность в социализации непременно как-то содержательно совпадает со взглядами на патриотизм, национализм и приверженность моно- или поликультурным взглядам.

"Уранополитичность" для русского христианина с шизоидной акцентуацией совершенно не обязательна, даже если он смотрит на всех людей как на "братьев в Небесном Отечестве" - или хотел бы так смотреть.

Есть некоторые тенденции к радикальному коммунизму и социализму у шизиков - но и это не фатальная предрасположенность. Если человек знает о своей "запрограммированности" - он может попытаться "перестроить" себя.

То же можно сказать и про эпилептоидов - да, среди эпилептоидов частенько встречаются сталинисты, радикальные салафиты, консерваторы-диктаторы, евразийцы и фашисты.

У них социальная группа должна иметь ясные очертания и иметь как можно более предсказуемый,статичный, фиксированный символически, четко иерархичный характер.
Ко мне вот в ЖЖ три раза забегали эпилептоиды яркой выраженности, и все трое обожали Сталина и начинали разговоры исключительно с матов и обзывательств:)
Даже фашисты не-эпилептоиды были вежливее:)

Но есть же Четвернин - явный эпилептоид. Что не мешает ему быть вполне себе либертарианцем и чужую свободу(в теории) блюсти как нечто сакральное.

Айн Рэнд, как ни крути - эпилептоидная личность. Но при этом - блюдёт чужие границы,опираясь на крайне нехарактерный для эпилептоида когнитивный критерий.
Получается как-то так:
"Если человек имеет цель, рационален, готов защитить свои ценности силой - он нравственен,он личность, он священная корова.
У кого нет цели, понятия о праве, кто опирается на случайные капризы и традиционные установки, кто обмякает при давлении - тот скот, его можно пристрелить, как животное"

Лёв Николаевич Толстой - антипатриот-космополит. Намеренно отождествлял себя с человечеством и Всленной в целом, что вообще крайне не стыкуется со стереотинным угрюмым коллективизмом, который хочется приписать эпилептоиду.
В его случае это диктует аутагрессивная логика "насильственного самосовершенствования", борьбы с с собственной органикой, но тем не менее.

Или вот гуманистический педагог Шалва Амонашвили - явно эпилептоидная, слащавая, "силовая" личность, - но теософ, православный, анти-авторитарист. анти-системщик по убеждениям. Считает гнев - "болезнью души". Как такое возможно, казалось бы?
А по смягченным, возвышенным, гуманным, демократичным, ласковым, обаятельным манерам даже и не скажешь, что внутри-то - эпилептоидная, гневная, льстивая, сладострастная, ревнивая,завистливая, негативистская "база".
"победить, самоутвердиться над другим и над своей низменной природой через высшую силу - любовь" это интересная привязка "силовой" механики к "сензитивной".



Меж тем, если приглядеться ещё внимательнее к манере изложения материала на его лекциях, то напористость, навязывание определенных установок,манипуляцию всё равно видно - Шалва Амонашвили излагает свою позицию только при условии отказа от "отрицания" и "критического мышления", только через эмоционально-подкреплённое внушение, ставя себя выше оценки со стороны.

"Выбрось мозг и слушай меня. А я излагаю мнение Господа Бога. Иисус Христос - Учитель. Я - тоже Учитель"

Близки к нему "перевёртыши" вроде Ганди, Мухаммада, ап. Павла и Шрилы Прабхупады - и во всех случаях авторитарная по складу личность "справляется" с собственнми порывами к диктатуре за счет постановки себя на второе место после несомненно авторитетной фигуры - Учителя или Верховной Личности Бога.
"Я лишь скромный и смиренный слуга Властителя всего живого, единственный и эксклюзивный посредник между Им и вами всеми, жалкие вы черви"



Даже Фройд Зигмунд и Иван Павлов - они очень рафинированные,очень "обточенные", очень хорошо отшлифованные, справедливые и тонкие в оценках - но эпилептоиды, "нарушители границ" и "испытатели плоти и духа на прочность", хотя их взгляды на общество гораздо более "динамичные", чем можно было бы предположить, исходя их их собственной органики.

Или взять того же Веллера - да, эпилептоид. Но вполне гуманист и моралист, просто у него гуманизм проявляется в духе:
"Всех коррумпированных чинуш и миллиардеров - повесить! Родину спасут только массовые расстрелы!Срать на несовершенное законодательство - только смертная казнь решает проблему перевоспитания общества! Вернём смертную казнь - и не будет наркоманов, геев, алкоголиков, космополитов, национал-предателей и тунеядцев!"



Однако, вот читаю сейчас Евразийскую Матчасть, почвенника Гилярова-Платонова - он как раз "попадает" под стереотип "почвенника-гуманитария":

"С математикой вообще у меня и после выходило странно. Я пламенно желал ее изучать, но она трудно давалась, и приобретенное очень скоро потом вылетало из головы, скорее, нежели даже стихотворения, о затруднительности которых для моей памяти я уже говорил.

В свою не малую жизнь, после великого множества наблюдений, я пришел к выводу, которым делюсь с читателями: математические способности редко уживаются в ладу с филологическими. Слово "филологический" не точно; я хочу выразить то понятие, которое в старину называли humaniora, филологическое чутье в том числе.

Наряду с филологическим чутьем ту же участь испытывает философское (творческое) мышление и вообще всякое творчество.
Знаю, что мне могут указать примеры отрицаемого мною совмещения, и сам первый назову Лейбница. Но зато примеров несовместности такое множество, что я готов предложить деление детских способностей на филологические и математические. Тысячу раз попадутся случаи, что дитя очень тонко разберет вам пословицу, укажет сильнейшее место в стихотворении, а в арифметике нейдет далее сложения двух с тремя. Другой ребенок поражает быстрыми сочетаниями цифр, но характеристики прочтенного рассказа или стихотворения не спрашивайте; сущность и форма, глубина и обстоятельность, то либо другое, в чем-нибудь перевес. Я лично не могу себе представить без удивления и некоторого ужаса случай с знаменитым Лапласом, известный в ученом мире.

Автор "Небесной механики" где-то в своем труде, держа корректуру, или даже в рукописи, описался, - минус вместо плюс поставил, или не поставил скобок, что-нибудь в этом роде, - и далее пошли у него вычисления, основанные на описке. Книга напечатана, издана, составила эпоху в науке, но с грубою ошибкой в вычислении, которую, однако, сам автор не умел найти и только объявил о ней. Вот это-то последнее и замечательнее всего. О существовании ошибки он помнил и достоверно знал, а найти ее не мог: для этого потребовалась бы процедура нескольких лет, целая меледа, известная игрушка, в которой, чтобы снять одно колечко, надобно по нескольку тысяч раз переснимать и перенадевать весь ряд колец. Ученики, последователи и почитатели Лапласа открыли его ошибку и исправили текст. Но я ставлю себя на место знаменитого ученого и усиливаюсь вообразить состояние ума и души во время этой постановки отвлеченных букв с плюсами и минусами, со скобками и корнями, логарифмами и знаками бесконечного. Какое отличие от неодушевленной машины? Что тут человеческого в работе, при чем душа, мысль, сердце? - "Какой дерзкий, невежественный отзыв, достойный только грубого профана!" Я профан в математике точно, но это не мешает мне глубоко преклоняться пред гением Лапласа и Ньютона. А все-таки не могу себе представить умственной работы, в которой бы так бездействовали высшие силы мыслительные и творческие, как в этом проделывании меледы гениальным автором "Небесной механики" после ошибочно поставленного минуса."



Тут можно занять две позиции - закрыто-циничную и открыто-радикально-индивидуалистическую.

Цинизм в том,что стереотипы в 8 из 10 случаев будут верны хотя бы отчасти.
Индивидуализм же в том, что ради остальных двух об этом необходимо забыть.

Выбирая цинизм, мы вколачиваем гвозди в гроб собственных надежд и перспектив нашей человеческой части. Зато оказываемся правы почти всегда и зарабатываем рычаги влияния.

Выбирая беззащитный индивидуализм, идеализм и гуманизм, мы подставляем себя под удар всего пошлого, низменного, неразвитого и не стремящегося к развитию, но живём ради редких проблесков хорошего и человечного в людях.

И ещё один момент-
Только вторая позиция диалогична , ибо рассматривает человека, как существо,способное к самопреодолению и трансформации взглядов в лучшую сторону в диалоге.

Первая позиция - этатична и милитарична, и всё плохо, и не растёт кокос, и не ловится крокодил.


Или вот задачка на ту же тему.
Вы - палач и судья в одном лице.
К вам приводят 10 человек.
По условиям задачи, ситуация такова, что точно известно, что 8 из них - убийцы-серийники, а двое - добродетельные, совестливые, любящие, мухи не обидели, спасли несколько жизней и вообще святые по жизни. Но кто именно - определить невозможно.
Вы можете или отпустить всех,или казнить всех.

Отпустите ли вы 8 убийц, чтобы спасти двоих праведников?
Или пожертвуете двумя праведниками, чтобы всё-таки пресечь опасность для общества?

Тут всё очень сильно зависит от ситуации.

Библейский Яхве пощадил человечество ради нескольких праведников.
В то же время,часто сами праведники предпочитают уничтожить себя вместе со злодеями - и готовы простить тиранов, ради благого дела(Как Иешуа Булгакова простил Пилата или как князь Мышкин простил Парфёна Рогожина. Как сам Булгаков пытался оправдать Сталина)

Или посмотрим на это в контексте Сирии.
Задачка тогда будет звучать так:

"В городе Ракка при бомбёжках с высоты погибают 20 относительно мирных жителей и один воинствующий ИГИловец. Есть ли смысл бомбить Ракку?"

Американским психологам известно, что из десятков "отсидевших" лишь единицы не возвращаются к прошлым занятиям. Но ради этих нескольких процентов - выпускают всех. Потому что нельзя лишать никого даже мизерного шанса. Нельзя лишать человека надежды на исправление. Работает такая логика.

В России преступления повторяют 85% рецидивистов.


Логику с опорой на 20% можно условно назвать ещё "христианской", "логикой Свободной Воли" или "либеральной". "Все разрешено,что не запрещено", "Всё правильно, что явно не не-правильно"

Логику с опорой на 80% можно назвать "логикой Предопределения", "мусульманской" или "коллективистской", но это вкусовой вопрос. "Всё запрещено, что не разрешено", "Всё не-правильнО. что не Правильно"

Я вот анти-фаталист(и сам этот пост, в конце концов, пишу именно в расчёте на тех "2 из 8", кто не поймёт меня превратно), но могу ли я изменить себе и думать в терминах "предосторожности по большему счёту"?

В принципе, могу - если речь идёт о животных(инстинкты и рефлексы которых делают их предсказуемыми "по большему счёту"), или о детях(маленькие дети коллективисты и не самостоятельны), или о толпах, или о крайне экстремальных ситуациях.

Но это и не противоречит тому,что наука знает о "нейро-либералах" - когда "нейронный" либерал видит покушение на "свою" группу,он ведёт себя как "патриотичный консерватор", даже если до этого защищал меньшинство от большинства, к которому принадлежал сам.
https://nplus1.ru/news/2015/12/18/moral-foundation-in-action - см. статью "Теракты заставляют либералов вести себя консервативно")


Ответ на поставленный в начале поста получается таким:

1)Да, 80% западников - бездуховные сухари
2)Да, 80% почвенников - безмозглые гуманитарии
3)К диалогу без долгого "бодалова" и заходов в "ценностные тупики" способны только 20% из тех и других, у кого "сердце" дружит с "головой".


С вами была Орфис Сакарна и Невозможность Ворон. Между Трезвостью и Опьянением, И с Аргументами Против Себя.

Имей глаза - сквозь день увидишь ночь,
Не озаренную тем воспаленным диском.
Две ласточки напрасно рвутся прочь,
Перед окном шныряя с тонким писком.

Вон ту прозрачную, но прочную плеву
Не прободать крылом остроугольным,
Не выпорхнуть туда, за синеву,
Ни птичьим крылышком, ни сердцем подневольным.

Пока вся кровь не выступит из пор,
Пока не выплачешь земные очи -
Не станешь духом. Жди, смотря в упор,
Как брызжет свет, не застилая ночи.

(с. Ходасевич)

П.С. Кстати, неизвестно, сработало ли это правило бы, кабы у нас не была цивилизация в целом левополушарной и праворучной.
С левшами и правополушарниками всё могло бы быть сииильно иначе в нашем "нейросоце":)))
skysight: (Default)
Источник интервью - Лента.Ру.
https://lenta.ru/articles/2016/01/16/homosoveticus/

Что современное российское общество унаследовало от крестьянской передельной общины? Как на ход истории России повлияли климат и география, демографический взрыв в русской деревне в XIX веке и советская урбанизация в XX столетии? Об этом в интервью «Ленте.ру» рассказал научный руководитель Института научной информации по общественным наукам (ИНИОН) РАН академик Юрий Пивоваров.




Мифы об отсталости и «особом пути» России

«Лента.ру»: Юрий Сергеевич, вы как-то сказали, что считать Россию страной догоняющего развития — ошибка, и что каждая культура или цивилизация развивается по-своему. Но какой тогда дорогой идет наша страна?

Пивоваров: Я действительно скептически отношусь к теории модернизации, пытающейся унифицировать мировую историю и свести ее к гонкам наперегонки. В отличие от естественных наук, в гуманитарной сфере нет всеобщих законов, поскольку многое определяется свободой воли человека. Конечно, существуют некие общие закономерности, традиции, веками выработанные модели поведения. Есть и ограничители — например, у России огромная, но слабозаселенная территория, а в Европе, наоборот, большое население, проживающее на ограниченном пространстве. Это уже само по себе диктует различные формы организации хозяйства общественно-политической жизни.

Получается, Россия обречена на особый путь?

Термин «особый путь» (Sonderweg) придумали в Германии, его активно использовали нацисты. Это другая крайность, противоположная теории модернизации, предполагающая изоляцию и противопоставление себя всему миру с опорой на мифический «генетический код нации». Когда сейчас у нас часто говорят о неком «евразийском цивилизационном субъекте» — это все тоже от лукавого. Никогда ничего не остается неизменным, меняются люди и меняются страны. Посмотрите на историю России в XX веке: она прошла путь от абсолютной и парламентской монархии к короткому республиканскому периоду Временного правительства и сменившему его советскому тоталитаризму до нынешней политической модели, которую тоже ждет своя эволюция.

В своей недавней книге «Русское настоящее и советское прошлое» вы писали, что понимание современности через осмысление прошлого не означает признания исторического детерминизма.

Конечно, никакого детерминизма, никакой предопределенности в истории не бывает.

Мифы о «русской колее»

Но сейчас многие публицисты и даже историки, от почвенников до либералов, часто пишут, что история постоянно тянет Россию вниз, что наша страна зациклена на авторитарную модель существования, и никуда от этой «русской колеи» нам не деться.

Все эти разговоры о «русской колее» я считаю безответственными и пустыми. Содержание русской истории не ограничивается только авторитарной традицией, в ней можно найти либерально-демократическую и много других тенденций. В нашем прошлом есть немало примеров сопротивления самодержавию и его ограничения. Вот вы сказали о почвенниках и либералах. Если хотите, себя я считаю одновременно и почвенником, и либералом.

Вы же понимаете, про кого шла речь.


Конечно, я понимаю, но все эти термины — не более чем слова. Мировоззрение современного человека, в том числе и русского, сочетает в себе элементы либеральной, монархической, консервативной, демократической, государственнической и республиканской традиций. В Европе синтез всех этих идей вырабатывался столетиями, но то же самое было и в России.

Мы привыкли считать славянофилов XIX века посконными традиционалистами и почвенниками, а между тем именно они были первыми теоретиками русского гражданского общества, в то время как многие западники, наоборот, были убежденными этатистами. Хотя, конечно, совсем отрицать авторитарные начала нашей истории нельзя, для их возникновения были свои условия.

Например?

Суровый климат и вызванная им природная бедность. Об этом очень подробно, хотя и с разных позиций, сказано в работах наших исследователей Леонида Милова и Эдуарда Кульпина. Россия — это единственная в истории попытка создать в северных широтах культуру и цивилизацию. Когда сюда пришли славяне, они были первыми земледельцами, поскольку ранее проживающие тут финно-угорские племена занимались только охотой и собирательством. В этом наше отличие от Западной Европы, где германцы застали возделанные пашни, традиции и инфраструктуру Древнего Рима.

Какое влияние, по вашему мнению, на русскую историю оказал демографический фактор?


Безусловно, огромное. Почему, например, в XX веке в Германии был нацизм, а у нас в России большевизм? Причин много, но значительную роль в этом сыграл демографический взрыв, произошедший в обеих странах в XIX веке. Когда немецкие крестьяне потянулись из перенаселенной деревни в город, там многие места уже были заняты евреями, что во многом обусловило дальнейший всплеск антисемитизма, а потом и успех Гитлера.

В России аграрное перенаселение, случившееся после отмены крепостного права (но не только по этой причине), привело к усилению социальной розни в деревне (земли для всех не хватало). Обострились межклассовые противоречия в городе, ведь городской пролетариат пополнялся в основном за счет безземельных крестьян (большевики впоследствии сыграют на всем этом). В обеих странах было огромное число малограмотной неприкаянной молодежи, не имевшей перспектив на будущее.

Очень похоже на нынешнюю ситуацию на Ближнем Востоке и в Африке.

Конечно, не зря Троцкий называл молодежь барометром революции. Восставшие парижские студенты в мае 1968 года и китайские хунвейбины времен «культурной революции» тоже в целом происходили из многочисленного поколения послевоенных «бэби-бумов».

Сегодня в демографическом плане Россия находится в тяжелом положении — умирают больше, чем рождаются, а наши огромные пространства стремительно пустеют. Проблема даже не только в удержании территории страны, а в том, что самое активное население теперь концентрируется в крупнейших городах, в то время как глубинка становится совершенно безлюдной.

В своей книге вы так и пишете, что демографический взрыв XIX века в форме аграрного перенаселения погубил царский режим, а послевоенный демографический взрыв XX века в форме ускоренной урбанизации привел в итоге к краху советской власти.

Да, это так. При этом надо помнить: дореволюционная Россия была сельской страной, но нынешняя — не просто городская, а высокоурбанизированная. Современный горожанин очень сильно отличается от крестьянина, который подстраивал свою жизнь под природно-климатические циклы. Например, во многих губерниях русские крестьяне почти всю зиму спали, а питались один раз в сутки.

Почему?

Чтобы сэкономить силы, еды-то не хватало. К тому же зимой у нас темнеет рано, а электричества еще не было, дрова тоже нужно было беречь.

В городе все по-другому, здесь жизнь человека подчинена уже социальному ритму: утром встать и поехать на работу, пообщаться с коллегами, на обратном пути зайти в магазин за продуктами и забрать детей из детского сада, вечером с приятелем в гараже втихую раздавить поллитры, посмотреть телевизор и лечь спать. Горожанин — это уже совершенно иной тип личности, это уже современный человек. Если в деревне все друг друга знают и каждый у всех на виду, то житель многоэтажного дома в городе живет в анонимном мире и может даже месяцами не видеть своих соседей.

Эта разница стала еще более ощутимой, когда в 1960-1970-х годах многие горожане из коммуналок переселились в отдельные квартиры, где они могли по своему вкусу обустроить свое частное пространство. Если прежнее общество было обществом производства ради выживания, то тогда стало формироваться общество потребления современного типа с новыми, повышенными стандартами жизни. Это уже было общество выбора, где каждый день человек принимал множество самостоятельных решений: какую купить колбасу, какое посмотреть кино, с какой девушкой встречаться. Понятно, что оно уже не вписывалось в рамки коммунистической идеологии, просто переросло ее.

Перестройка началась именно из-за этого?

У перестройки было много других причин, но эта, безусловно, одна из главных. К 1980-м годам у многих сложилось отчетливое понимание того, что советский социальный порядок уже давно не соответствовал новому типу общества. Песня Цоя «Мы ждем перемен» тогда была актуальна для многих.

Как вы относитесь к мнению режиссера Андрея Кончаловского, согласно которому нынешнее мировосприятие русского человека сформировалось в результате искаженной и ускоренной советской урбанизации, когда миллионам сельских жителей пришлось бежать в город из разоренной коллективизацией и войной деревни? Он считает, что большинство населения России — это горожане в первом или втором поколении с крестьянской психологией.


Во-первых, я очень хорошо отношусь к Андрею Сергеевичу, считаю его одним из умнейших русских людей. Во-вторых, нередко спорю с ним. С одной стороны, действительно, переселившемуся в город крестьянину трудно было привыкнуть к новой среде. Почему у нас люди на улицах окурки и прочий мусор часто выбрасывают не в урны, а прямо себе под ноги? Потому что таковы особенности деревенской бытовой культуры.

Но я могу сказать на примере моей семьи, что городская социализация проходит очень быстро. Мой отец тоже родился в деревне и поначалу тяготился городом, постоянно хотел вернуться обратно, но под конец жизни привык к Москве и полюбил ее. Что касается меня, то я родился в городе и считаю себя абсолютным горожанином.

С другой стороны, хочу напомнить Андрею Кончаловскому как потомку древнего боярского рода Михалковых, что испокон веков русские аристократы значительную часть своего времени проводили в усадьбах. Да и сам Андрей Сергеевич и его младший брат Никита Сергеевич выросли на Николиной Горе и ходили в местную школу. В определенном смысле они с самого детства жили сельской жизнью.

Утверждение Кончаловского было справедливо для первых поколений новых горожан, когда переселенцы из одной деревни вместе приезжали в город, поселялись в одном бараке и устраивались на один завод. Но сейчас ничего этого нет, даже в самых депрессивных промышленных районах люди давно живут сами по себе.

Неужели в современном российском обществе не сохранилось никаких следов крестьянского самосознания наших предков? Мне это самому интересно как крестьянскому внуку.


Из деревни к нам пришел передельный дух русского социума. Наши с вами предки жили не просто в общине, а в передельной общине, где регулярно перераспределялась земля. Это очень хорошо сформулировал более ста лет назад Петр Струве в сборнике «Вехи», когда отметил, что на Западе преобладает творческий импульс создания нового, а у нас — передела старого.

Все главные события русской истории XX века тоже связаны с переделом. В 1893 году перераспределение земли в общине стало осуществляться через каждые двенадцать лет: в 1905-м, 1917-м, и, наконец, в 1929 году, когда началась сталинская коллективизация, установившая в деревне второе крепостное право. Поэтому передельные инстинкты в русском обществе до сих пор очень сильны. Мы все всегда что-то делим: премии, бюджеты, полномочия, ресурсы.

Это не означает, что так будет всегда, — я уже говорил, что все меняется. Например, последние социологические опросы показывают, что примерно 20 процентов наших соотечественников на самом деле разделяют европейские ценности, хотя не всегда готовы их отстаивать. Эти 20 процентов внушают некоторый оптимизм, хотя многое из того, что я сейчас наблюдаю, мне очень не нравится.
Что именно?

Можно долго перечислять: сокращение населения, нарастание технологического отставания, развал науки, серьезные пробелы в системах образования и здравоохранения, неоправданный рост коммунальных тарифов. Еще мне не нравится конфликт с Украиной, а также последовавшая за ним международная изоляция России с потерей всех союзников. Меня очень раздражают безответственные люди, постоянно и неуместно повторяющие фразу Александра III, что нашими единственными союзниками могут быть только армия и флот. При этом они забывают, что именно в его царствование Россия сначала участвовала в «Союзе трех императоров», а затем вместе с республиканской Францией положила начало Антанте. Нам просто не выжить без союзников.

Как вы считаете, на какую историческую эпоху похожа нынешняя Россия?

Ни на какую, как всегда, мы живем в уникальное время. Начиная с эпохи Ивана III Россия существовала при двух возрастающих трендах: непрерывном расширении территории и неуклонном приросте населения. Сейчас наша страна территориально сжалась, а про убыль населения я уже говорил.

Впервые в русской истории у нас всеобщая грамотность, а большинство людей живет в крупных городах, но при этом существует колоссальный разрыв в доходах между бедными и богатыми. Другой пример: никогда раньше не было, чтобы наша власть не особенно нуждалась в населении. Если для царей и генсеков главным их ресурсом был народ, то нынешний режим стремится выжить с помощью нефти и газа. Поэтому нашей власти ценны в основном работники топливно-энергетического сектора, а также те, кто ее обслуживают и развлекают. Это примерно 20 миллионов человек, а все остальное население — «лишние люди».

Существует ли, на ваш взгляд, преемственность между сегодняшней Россией и дореволюционной?

И да, и нет. Одним из каналов такой преемственности, безусловно, стала русская классическая литература, которая в первые десятилетия советской власти спасла наш народ от полного одичания. Человек, прочитавший на русском языке Пушкина, Гоголя, Толстого, Тургенева и Достоевского, — это, конечно, русский человек. А русский классический театр, а русская природа? Но есть и разрыв, поскольку за 70 лет советской власти действительно сформировалась советская идентичность, не всегда совпадающая с русской. Брежнев был прав, когда провозгласил о создании новой исторической общности под названием «советский народ».

Как вы думаете, в чем отличие советской идентичности от русской?


В понимании природы человека. Дореволюционная Россия была христианской цивилизацией, в основе которой лежит идея первородного греха. Если с христианином случится беда, он не будет в ней обвинять окружающих, а сочтет это наказанием за свои грехи.


Но советский человек мыслит иначе — у него все виноваты, кроме него самого. Ему свойственно причудливое сочетание непомерной гордыни и комплекса неполноценности. Он нередко двуличен, он может бояться начальства и одновременно презирать его. Все, кто родились и выросли в СССР, — это советские люди. Я с Кургиняном могу жестко спорить на телевизионных ток-шоу, но мы оба с ним Homo sovieticus. Путин и Порошенко могут люто ненавидеть друг друга, но они тоже носители советской идентичности.

Но Советского Союза уже четверть века как не существует. Может ли Homo sovieticus эволюционировать?

Я думаю, главная проблема современной России в том, что у нас до сих пор господствует советский тип личности, с которым нашей стране трудно дальше развиваться. Тот тип человека, представителями которого были мой отец или ваш дед, был хорош для крестьянской жизни, но не для города. Поэтому мы с вами по мироощущению заметно отличаемся от них — я чуть меньше, а вы чуть больше. Так и тут — чтобы России выйти из «советскости», заведшей ее в тупик, нужен другой тип человека. Но, к сожалению, наше общество сейчас не меняется. Я преподаю в МГУ и вижу, что советская идентичность продолжает воспроизводиться даже в моих студентах, родившихся уже после распада СССР.


Беседовал Андрей Мозжухин

skysight: (Default)
"Им необходимы произвол власти, религиозная нетерпимость, придворная аристократия, не имеющая за собой никаких заслуг, кроме родословного дерева, народ невежественный и бесправный, армия, низведенная до простого механизма, стеснение печати, отсутствие всякой гражданской свободы — и взамен её полицейские шпионы и купленная журналистика, которая бы восхваляла этот мрак!»

хто сказал и по какому поводу? )
skysight: (Default)
В силу того, что орфообъективизм как мировоззрение соотносит себя с высоким уровнем жизни, с высоким уровнем энергопотребления и энергопроизводства, с высоким уровнем познавательной,предпринимательской, культурной, цивилизационной активности, с многоукладным гражданским общественным строем и (как и Классический Объективизм) стремится беречь жизнь в высоком человеческом смысле( по Киплингу),нравственное достоинство человека, его позитивное целеполагание, то следует прописать общие принципы взаимодействия не только со светскими,но и с политическими и религиозными фэндомами.

С какими союзниками можно сотрудничать на высоком диалогическом уровне?

Если религиозный фэндом хочет сотрудничать с Генеративными Объективистами(которые по мировоззрению рассматривают все религиозные переживания в гуманистическо-экзистенциалистском нейрогностическом ключе - то есть как продукт высшей нервной деятельности и исторически-культурной обусловленности), то религиозная общность(идейная община) должна соответствовать нашим моральным критериям и не вступать в сущностное противоречие с нашими установками во избежание лишней конфликтогенности.

"Сырой" вариант Правил будет звучать примерно так:

Орфический объективизм(Генеративный объективизм) и допустимые формы сотрудничества с традиционными и новыми религиозными движениями.

0.0.0.
ОО занимают в общем случае научно-исследовательскую позицию по отношению ко всем религиозным объединениям и движениям в силу необходимости неразрывности человеческого опыта, исторической, моральной и интеллектуальной преемственности.

ОО осознают себя наследниками глобальной культуры в целом, а не отдельных её частей по преимуществу с остальными.

0.0.1.
В общем случае, ОО стремятся вывести наиболее диалогически потентные, полярные религиозные движения на мирный диалог друг с другом в духе дружественносьти, любви, покоя, терпимости, мудрости и перспективы развития.

0.0.2.
ОО практикуют "эмирические погружения" в существующие религиозные и мировоззренческие общины с целью личного развития, расширения кругозора, накопления информации о фэндоме изнутри , используя для оценки его деятельности его же собственные базовые принципы в духе беспристрастия и в духе нейргностического переживания суверенного субъекта.

0.0.3.
ОО выступают на защиту религиозных меньшинств или осуществляют активную групповую совместную деятельность с ними при выполнении всех нижеследующих условий:

а)Религиозная община не практикует человеческие и животные жертвоприношения, не одобряет рабовладение, принудительный труд, пытки и смертную казнь, не вскрывает могилы, не разрушает памятники культуры, не призыват к антиобщественным действиям в отношении учреждений науки, культуры, искусства или их отдельных деятелей.

б) Религиозная община не практикует увеченье половых органов мужчин и женщин(обрезание) любого возраста, не практикует насильственный пирсинг, скарификацию или татуирование, не содержит обязательных предписаний по выбриванию волос или удалению волос с участков тела, не содержит пищевых предписаний и запретов, игнорирующих индивидуальную лекарственную или пищевую непереносимость.

в)Религиозная община поддерживает равные права для всех национальных групп, не внося исключительных прав ни для одной из существующих наций и не угнетает национальные меньшинства.

г)Религиозная община не поддерживает расовую сегрегацию и дискриминацию по признаку расы.

д)Религиозная община не дискриминирует мужчин и женщин в праве на духовное лидерство и исполнение ритуальных обязанностей в этом качестве.

е)Религиозная община не одобряет некрофилию, скотоложество, принудительные браки, ограничения на браки с иноверцами, изнасилование в браке и вне его, сексуальное использование тел детей младше 7 лет

ё)Религиозная община не принуждает к употреблению алкоголя, табака, наркотических и психоактивных веществ в обязательном ритуальном порядке без права отказа, не запрещает и не осуждает их рекреационное использование и использование в терапевтических или исследовательских целях.

ж)Религиозная община не противопоставляет свои методы и практики доказательной медицине, психиатрии и научной картине мира.
Психотехники и упражнения, используемые в общине, практикуются и преподаются людьми, имеющими медицинское образование и не приводят к долговременному снижению работоспособности, к снижению способности к концентрации внимания, к эндогенным формам аддикции.

з)Религиозная община не сакрализирует существующий в стране государственный порядок и не сотрудничает с государством в целях усиления политического влияния доминирющей группы или системной оппозиции.

и)Религиозная община не содержит в доктрине призывов к установлению теократического, фашистского, коммунистического, демократического, социалистического или любого другого коллективистского строя, опирающегося на психологию "примитивного общества", "примитивной группы" по Добровичу и Дроганову, на "психологию зависти" по Айн Рэнд.

к) Религиозная община не содержит в доктрине запретов на светскую живопись, инструментальную музыку, танец, писательскую деятельность или иную творческую активность в художественной области.

л) Религиозная община не содержит в доктрине установок, разлучающих человека с семьей или прямо или косвенно настраивающих его против его семьи, не вовлечённой в деятельность общины.

м) Религиозная община не содержит в доктрине установок на культивацию форм мышления, чувствования и отношения по признаку их "позитивности" в ущерб истинности.(саентология, каббала, лайфспринг...)

н)Религиозная община не содержит в доктрине установок на божественность лидера, его или её непогрешимость, на эксклюзивность доступного только этой общине или её лидеру духовного опыта.

о)Религиозная община не содержит установок на возмездие покинувшим её членам культа и не препятствует свободному покиданию общины.

п)Религиозная община не содержит установок на отмену валюты, конкуренции, денежного обращения и кредитования,на маркирование их как "нечистых" или демонизацию последних.

р)Религиозная община не запрещает азартные, компьютерные, ролевые или логические игры

с)Религиозная община не распространяет ложь, сплетни,клевету, предубеждения, непроверенную информацию в отношении третьих лиц, не принадлежащих к общине, не оправдывает ложь во имя высших целей(иезуитизм)

В этом и только в этом случае взаимодействие генеративного объективиста с религиозным деятелем не принесёт отрицательных последствий для него лично и для лиц, представляющих его или её референтную группу.
skysight: (Default)
...Тема, поднятая почвенниками в отношении "пограничного" статуса собаки-человека-парии, явно указывает на некоторые существующие на стыке рационального и иррационального противоречия.
Вынесу соображения в отдельный пост.

Я вижу ситуацию со статусом собаки и со статусом человека-парии практически однозначно - и решаю её в пользу интересов человека, кроме случаев, когда эти интересы чрезвычайно поверхностны и исходят от лица, не обладающего в обществе достаточным весом и кроме сложных случаев на стыке интересов экологии и промышленности, где рекреационная ценность объектов живой и неживой природ может иметь бОльшее значение, чем ценность производимого товара.

Но даже если я очень негативно отношусь к человеку, все же я буду выступать на его стороне.
Теоретически(не знаю,как вышло бы на практике - такие вещи сложно предсказать), вот если бы при мне стая одичалых собак напала на Дугина или Путина, и у меня было бы оружие, то следовало бы отстрелить собак,даже если бы Путин или Дугин был более вреден для российского общества,чем полезен.

С другой стороны, а если поставить вопрос милосердия так: вот есть незнакомая вам собака и незнакомый вам бомж - кого бы вы первым делом приютили бы, обогрели, вылечили, вычесали, накормили?
Люди сентиментального склада конечно, предпочтут няшку-собачку - а от бомжа с омерзением отвернутся, хотя именно бомж - более близкий им представитель вида и с большей вероятностью в будущем сможет отплатить за доброту равноценно.
Если же он этого не сделает, то и в этом случае он не будет ниже собаки, а часто все равно полезнее по хозяйству,чем последняя.

Более того. Бомж может быть потенциально многократно более полезным членом человеческого сообщества, чем собака, даже если социализируется в "непрестижной"(по современным меркам)профессии в качестве дворника, кассира или продавца-консультанта. Он подлежит социализации или предоставлению своей судьбе, но никогда - профилактическому отстрелу. В его отношении должны действовать человеческие законы "суда и следствия", по факту признания вины.
В отношении собаки - этика "зуб за зуб" и этика упреждающего контроля численности.

Это если исключить из рассмотрения тех людей без определенного места жительства, которые имеют свою работу и сами выбрали такую жизнь и далеко не бедны во всех отношениях.

Тем не менее, гуманизм и сострадание по отношению к человеку(который может быть, к тому же, неблагонадёжен) часто проигрывают сентиментализму и стремлению владеть животным и наслаждаться им.
Люди могут подбирать с улиц животных десятками и засирать соседей, но бомжу даже блинчика не купят.

Ситуация с собачьей верностью(и статусом собаки) связана отчасти также с границами собачьей благонадёжности и территориальными интересами собаки и человека.

Я считаю аксиомой то,что город, квартира и отчасти деревенское пространство являются "человеческой" по преимуществу территорией.
Человек на территории города должен иметь выживательное преимущество перед животным, в каком бы статусе человек не находилси и каким бы ни было его физическое, духовное, финансовое и социальное состояние.
Его территориальные интересы приоритетны перед территориальными претензиями собаки на то же пространство(и его агрессивную защиту, если речь идет о "собачьих" кварталах)

Ребенок(любой), бомж(как имеющий работу,так и безработный) должен быть во всех возможных случаях в большей безопасности, нежели любая собака или по меньшей мере не в бОльшей опасности, чем любая дикая(не прикормленная человеком, социализированная внутри социума собак) собака.

В случае с догхантерами ситуация далеко не исчерпывается самозащитой и пределами необходимой обороны в момент актуального нападения.
Хотя бы потому, что собаки ,которые дичают и сбиваются в стаи, нападают как раз именно на людей, которые кажутся им привлекательными жертвами и легкой добычей, а не на сильных мужчин с палками и не на людей в группах.
Первым жертвами собачьих нападений становятся как раз бомжи, дети, пенсионеры, алкоголики, люди хрупкого телосложения, зашедшие на территории, на которые претендуют собаки и в рамках которых они рассматривают человека как законную добычу.

Вероятность же таких нападений пропорциональна численности собак и тому, насколько они близки к людям, насколько им важна человеческая "стая".

Если речь идёт о единичных собаках, живущих во дворах,прикормленных и обласканных людьми, то нападение очень маловероятно. И этот риск(как риск падения самолета или риск нападения на улице человека противоположного мировоззрения)мы просто принимаем как экзистенциальную часть нашего бытия.

Но это только до тех пор, пока численность собак не превышает некоторого предела, который зависит от количества доступных источников пищи.Лояльность стае в данном случае может легко перешивать лояльность человеку.


Утопление щенков, кастрация, стерилизация, догхантерство, устраивание собак в приюты и прикармливание - являются способами контроля агрессивности собак и их численности.
Все эти способы следует считать допустимыми средствами контроля численности, лояльности и агрессивности животных, выведенных человеком в своих интересах,пользующихся благами ,созданными человеком, на человеческой территории.

При этом проявлением милосердия являются стерилизация, кастрация,пристраивание в приюты и одомашнивание(при этом человек жертвует частью ресурсов, предназначенных ему, на животное, которое ничего не производит)
Утопление щенков и отстрел стайных собак в районах,где они распространены, является немилосердным по отношению к собакам, но человеколюбивым актом, так как служит защите интересов человека на территории человека.

Поэтому догхантерство с антропцентрической, гуманистической точки зрения - приемлемо, одобряемо и является достойным видом деятельности, когда применяется против нелояльных человеку стай собак, претендующих на пищевое доминирование и территориальное превосходство.


Если же мы встаём в отношении человека и собаки на сторону собаки. (искусственно приравнивая интересы неспособного к сознательному самоконтролю высокого уровня нетворческое существо к способному к сознательному самоконтролю высокого уровня творческому существу), то мы в подавляющем большинстве унижаем человека и сливаемся с зелёными агрессивными леворадикалами-мизантропами, которые скорее будут любить своего кота, чем своего партнёра или родителя, и которые втайне мечтают, чтоб "все эти подлые людишки вымерли,а ученые в своих кабинетах сдохли, и Любимая Планета вздохнула спокойно"

В одном только США на собачьи игрушки и корма тратится сумма,которая может уничтожить человеческий голод во всём мире.
С одной стороны, здесь, конечно, имеет место рекреационный интерес человека,которому доставляет эгоистическое наслаждение баловать любимую собаку(многие заводчики, даже малоимущие, тратят на дорогой корм для собаки больше денег,чем на свои пищевые потребности и потребности своих детей), и этот интерес для человека, вложившего ресурсы в собаку - его законное право как заводчика, и неоспорим, если число животных в квартире не приводит к скученности , дискомфорту и не опасно для людей.

С другой стороны, гражданское достоинство человека,поступающего таким образом и имеющего, скажем, двадцать собак дома и троих детей, может быть поставлено под сомнение. Для такого человека гражданская и общечеловеческая культурообразующая солидарность часто стоит на втором месте, что непременно проявит себя в социализации.
Любовь к контактам с более простыми, чувственными, непосредственными существами характерна для аутистов и шизоидов, а также для людей с низким уровнем как вычислительного, так и социального интеллекта.

Такие люди редко любят "сложных" людей, но предпочитают простых, простодушных, а это имеет дальние последствия в виде разложения нравственно-интеллектуального скелета общества; часто связаны с религией или эзотеричскими зелёными левродадикальными философиями с деструктивными или обесценивающими высокую культуру утопическими установками.

Нередки параноидные установки в сочетании с высоким уровнем агрессии к человеку.

Вот ,например, из дискуссии догхантеров с зоозащитниками - примеры такого акцентуирования:

Догхантеры - сетевая банда серийных убийц - движение профашистого направления, отрабатывающая новую технологию терроризма и финансируемое из - за рубежа иностранными спецслужбами, конечной целью которого явлются люди России, жаль, что многие догхантеры не понимают, что их просто используют, с целью провоцирования беспорядков в России
(с.tuzalex)

Догхантеры что и браконьеры всех стран, отправляются в инопланетные лагеря для полного наказания. Я сам возможно из правоохранительной системы, здесь засекречен членами наук. Так вот ещё ни один злодей разных эпох времени не ушёл от наказания. Все эти преступники имеют длинные срока заключения в инопланетных зонах, где их пытают и воскресают из мёртвых для продолжения казни . Не думаю что это обман, был личным свидетелем ожившего железо-бетонного обелиска имени Олега Пономарёва 1971-1979гг.. При благородных личностях показывается, при тёмных типах исчезает (открытие эрудитам знания о ежесуточном страшном суде для опасных преступников на нашей планете) Подтвердить могут из МВД/ФСБ г. Новосибирска. Поэтому честным людям сообщу следующее наблюдение; скорее всего от браконьеров произошли учёные; от любителей природы рождены изобретатели. Теперь вы поняли люди, что изобретатели под контролем Богов Мира Астрономии построили концлагерь для беспредельщиков, во славу торжества всемирной справедливости !
(с. Вадим Судницын)


Часто такие люди имеют сильную ненависть к врачам, психиатрам, деятелям культуры и учёным и живут мифологическим представлениями о системе экономических и политических отношений между людьми в силу своей незрелости и нехватки здоровой социализации.

Часто - не значит, всегда, но животные других видов все равно служат фактором, который может иметь как терапевтическое(для тех же аутят и шизоидов часто собака, дельфин, лошадь и кошка служат целительной ступенькой к пониманию социального и эмоционального поведения человека), так и аддиктивное значение(когда терапия вовремя не завершается,и человек ставит своих животных выше антропосов и "благороднее" их в силу мизантропии и образовавшейся аддикции к четвероногому "Брату, Возлюбленному и Другу").


Люди, громящие лаборатории и приравнивающие людей уровня Павлова к зоосадистам, не могут считаться гуманистами по определению и по духу, даже если научные эксперименты, проводимые на крысах,собаках и аксолотлях, имеют для последних мучительный, дискомфортный характер и проводят к их преждевременной смерти.

На мой взгляд, такой "богатый внутренний мир" имеет ущербный характер не в меньшей степени, чем внутренний мир другой крайности - злостного зоосадиста, который любит мучить животных ,доверяющих ему, ради удовольствия,злоупотребляя своими полномочиями хозяина и покровителя.



Здоровая середина - это человек рациональный, хозяйственно-компетентный, граждански ответственный,гуманистичный, ориентированный на интересы человека, защищающий лояльных животных и отстреливающий нелояльных,вторагающихся на человеческие территории, вовремя прививающий собак и правильно воспитывающий их, если он их заводит.
Отношение к диким животным на охраняемых территориях - покровительственное; ответственное отношение к природе и редким видам и биоценозам, активное сопротивление низкотехнологичным природопользовательским инициативам,активная поддержка организации заказников,заповедников и охраны биоценозов, разумное отношение к высокотехнологичным природопользовательским инциативам.
Это моя модель достойного человека, необходимого для существования культурообразующего общества с гармоничным транс-укладным хозяйствованием.


Смиренные мудрецы, обладающие истинным знанием, одинаково смотрят на ученого и благовоспитанного брахмана, корову, слона, собаку и собакоеда-неприкасаемого.
(с.Бхагават-Гита)

Но,опять ж, мне ближе и зоосадист, и зоозащитник-уфолог, и охотник традиционной культуры, и рыболов-любитель, соблюдающий закон, и йог-веган, и безработный бомж, нежели нелояльное человеку животное, которое хочет полакомиться человечинкой или претендует на человеческую территорию.

Даже смотря на все живое одинаково(страдание и для человека,и для собаки на телесном уровне одинаково,а на уровне ума - одинаково только для собаки и тантрического буддиста, сознательно психотехнически довёдшего себя до уровня "собаки-свиньи", для нормального человека с большими желаниями - гораздо тяжелее), я рассматриваю мир системно, и рассматриваю человека как важнейшее природоохранное звено в том числе.

В том же буддизме, наряду с "равностным" подходом к живым существам, нет перекоса в сторону леворадикального биоцентризма - человеческая жизнь имеет приоритетную ценность и декларируется как имеющая духовное и интеллектуальное достоинство, потенциал сострадания, животным недоступный в силу их ограниченной природы, в силу их невежества.
Природа Будды обладает собакой,но собака не обладает природой будды.
Буддист будет кормить собой комаров, но вряд ли будет препятствовать антималярийным инициативам и защищать жизнь малярийного плазмодия наравне с человеческой, даже если субъективно малярийный плазмодий пострадает от этого и встретит свой трагичный конец.

Трудно отрицать и обратное: если планета будет в опасности, то у биоразнообразия будет только один сознательный защитник - и это человек разумный.
Ни собака,ни дельфин,ни кошка,ни обезьяна не спасут других живых существ от гибели и не смогут провести восстановительную работу такого же уровня, какую может провести компетентный специалист-антропоид с группой сотрудников.
Но если человек сам себя сведет до уровня животного неразумия и импульсивной эмоциональности, он потеряет и эту возможность, передравшись по надуманным причинам с представителями своего же рода.

Зелёные леворадикалы этого, походу, не понимают. По большему счёту.
Это печально.
skysight: (Default)

Человек не может выдавить из себя трёх существ: раба, зверя и бога.
(с. Веселин Георгиев)

"При тщательном выдавливании раба (даже по капле) от некоторых остаётся только мокрое место"
(с.Михаил Бару)


Вами двигали жалость, милосердие и тэ-дэ и тэ-пэ. Я же не об этом. Жалеть женщин и детей, плачущих от голода, — это нетрудно, это всякий умеет. А вот сумеете вы пожалеть здоровенного сытого мужика с таким вот, — Изя показал, — половым органом? Изнывающего от скуки мужика?
Денни Ли, по-видимому, умел, а вы сумеете?

(с. А.и. Б. Стругацкие)


В честь бога Шолотля индейцы назвали породу голых мексиканских собак шолоитцкунтли. Эти голые собачки, согласно ацтекской легенде, были созданы по тому же принципу, что и люди, то есть из костяной муки, смешанной с кровью из пениса Кецалькоатля. Владельцы этих священных собак держали их, скорее всего для того, чтобы после смерти эти животные помогли им добраться до царства мертвых. Как ни прискорбно, но такое привилегированное положение, не спасало бедных собачек от кухонного ножа и раскаленной сковороды. Кулинарные изыски из собачатины повергали испанских гостей в шок не меньший, чем тот, который они испытывали при виде расчленения человеческого тела.

http://www.chuchotezvous.ru/gallery/bogi-actekov-gallery/aztec-gods22-1252.html

К вечеру удалось "разморозиться" и придти в то, что в нынешнем порядке вещей принято считать собой.

Психоаналитически покопалась в себе и таки нашла нужное и важное.
За аморальной сказкой раскопался второй слой значений, менее очевидный.

Удалось даже понять,почему собака светло-коричневая, почему лошадь вороная и причем тут пылесос-душегубец.
И причём тут Чехов, Джек Лондон, Стругацкие и Сетон-Томпсон.
Бессознательное - самый близкий мне кусок человеческой сущности.
И умеет делать больно как никто, имея все мои принципы в принципе.

Большего издевательства - для того,кто мог бы знать, ЧТО для меня означает этот образ,- чем прирученный,заклеймлённый и довольный Мустанг-Иноходец, придумать трудно - но это тонкий и невероятно циничный троллинг "от Ид".
skysight: (Default)
У гинеколога наблюдалась девочка 13 лет, жертва педофила, беременная.
Скромная девочка, невинная душа, кто знал, что возвращаясь со школы, малышку мог подкараулить урод, которого до сих пор не поймали...
Мать девочку обвиняла, мол, нечего было в короткой юбке (школьной, до колен) шастать.
Ближе к сути. Девочка боялась рожать. Она была морально просто убита, наш психотерапевт хотел с ней пообщаться, но мать была против, мол, нам лишь бы денег побольше сорвать.
Девочка невероятной красоты. Небесно голубые глаза, тёмно-русые волосы, густые брови. И по общению она была адекватной, вежливой.
Она хотела пойти на аборт, но по законам ей должно быть 16 лет, чтобы она могла сделать аборт без согласия родителей.
Никто из них, конечно же, согласия на "убийство" не дал.

Прошло две недели.
Девочку привезли на скорой с отравлением, вместе со своим отцом. Она попыталась вызвать выкидыш, наглотавшись обыкновенных таблеток от кашля. Промыли желудок.
Папа выслушал врача и уехал. Приехала мама.
Крики было слышно на всех четырех этажах больницы.
Медсестра буквально отдирала мамашку от дочери, которая в то время чуть без волос не осталась. Мамаша сказала, что заберет её завтра, пусть та подумает над своим поведением.
Ночь истерического плача, психотерапевт пытался её успокоить, подбодрить, досидел с ней до поздней ночи, пока девочка не заснула.

На следующий день всё-таки мама приехала, под выписку забрала девочку, с громким скандалом, потому что та не хотела возвращаться домой. В первые дни до них старался дозвониться гинеколог, никто на связь не шел.
Прошел месяц. Казалось, затишье.

Позавчера констатировали её смерть.
Самоубийство. Девочка спрыгнула с десятиэтажки.

Пол больницы плачет.
А знаете, кто виноват, по мнению её родителей? Правильно, психотерапевт, который подтолкнул(!) девочку на самоубийство.
Ему-то сейчас в больнице хуже всех.

(с. из паблика "Злой медик")
skysight: (Default)


"Каждое "Я", кроме генов, "программируется" культурой в которой вырастает, сначала семейной, потом школьной, "общественной" средой, в которой вращается, книгами, которые читает (или же не читает), телевидением, которое смотрит (или же не смотрит), и т. д.

Поляков от русских (в массе, конечно) в первую очередь отличает отношение к индивидуализму и к коллективизму (все равно, как бы его не называть: народом, классом или соборностью).
Русские давно это заметили и отметили: Пушкин в "кичливом ляхе", Достоевский в "гоноровом пане" ( Игрок) и в других своих гордых "полячишках".
Поляки отплачивали тем же. Бронислав Трентовский издевательски писал: "Тот, кто намерен жить в России, пусть уверует в московский ум, пусть наберется азиатских понятий <...> Ибо горе, горе тому, кто не обладает московской душой и по-польски глуп! Произведен будет такой сукин сын, бунтовщик и мятежник, в солдаты или сослан пешком в каторжную работу в Сибирь. И закончит жизнь на Нерчинских заводах".
Разницу в нашей культурной запрограммированности наглядно видно в призывах, за что бороться: у русских - "За Бога, Царя и Отечество" (в сталинское время - "За Родину! За Сталина!"); у поляков - "За Бога, Гонор и Отечество" (в "реальном социализме": "за Гонор и Отечество"). Именно этот "гонор", в русском сознании, как правило, неположительный, заносчивый, не отождествляемый с честью, является основой польской культурной запрограммированности.
Стоит, однако, отметить, что по крайней мере для одного русского писателя гонор стал положительной ценностью. Это - Юрий Домбровский, герой которого - Зыбин - спас себя и свою честь благодаря гонору. Он не сдался следователю, который его уговаривал:
"- Эх, оставили бы вы свой глупый гонор, батюшка, и поглядели бы в глаза, так сказать, простой сермяжной правде! Ей-богу, это не повредило бы! Гонор, норов, "не тронь меня" - это все хорошо, когда имеет хождение. А здесь не тот банк! Тут допрос! И не просто допрос, а активный! А это значит, что, когда вас спрашивают, надо отвечать, и отвечать не как-нибудь, а как следует" ( Факультет ненужных вещей).
Это из-за гонора поляки, наподобие Зыбина Домбровского, в сибирской ссылке, по словам тобольского губернатора А.И.Деспот-Зеновича, "невольно замыкаются сами в себя и создают какой-то призрачный мир, искусственную сферу, составляющую аномалию общественной жизни". Это благодаря гонору польского мужика не удалось в Польше построить колхозы. Это благодаря гонору ни одному польскому королю в голову не пришло закрепощать своих подданных и делать из них рабов. И благодаря "гоноровым панам" возникла польская "Солидарность" и рухнул в Польше коммунизм.
Поэтому нечего так брезгливо относится к польскому гонору. Жаль, что его в Польше теперь все меньше.
В 1980-е годы многим полякам казалось, что, в отличие от русских, они постигли суть и ценности европейского достойного Я. В своей знаменитой книге "Этика солидарности" польский философ, ксендз Юзеф Тишнер говорит о солидарности как об этическом движении. Солидарность не является для него ни понятием, ни готовой этической теорией. Это идея, и как таковая однозначного определения она никогда не получает.

"Этика солидарности, - говорит Тишнер, - хочет быть этикой совести. Она предполагает, что человек обладает совестью как прирожденным "этическим чувством", во многом независимым от разных этических систем. Совесть в человеке - самостоятельная реальность, наподобие разума и воли. Человек может упражнять волю и разум, но может и забросить упражнения, может слушать свою совесть, но может и отречься от нее. Совесть - это голос, звучащий в человеке. К чему призывает он сегодня? Прежде всего к тому, чтобы человек хотел иметь совесть".

Не всякое "Мы" является солидарностью. Подлинная солидарность - это солидарность совестей. С человеком без совести можно ехать в одном вагоне поезда, сидеть за одним столом, читать те же книги, но это еще не солидарность. Суть солидарности в пробуждении чувства сострадания, братства со страдающим человеком. Солидарность - особая межчеловеческая связь: люди объединяются, чтобы заботиться о том, кто в заботе нуждается. Я с тобой, Ты со мной, Мы вместе для него. Но все начинается с Я и совести. Мы вторично. Мы - это Я и Ты в диалоге.

"Добросовестный диалог, - говорит Тишнер, - имеет в качестве своего источника предпосылку, что ни я, ни ты не в состоянии узнать правду друг о друге, если мы далеко друг от друга, если каждый из нас спрятан в подполье своего страха. Чтобы получился добросовестный диалог, Мы ( Я и Ты) должны начать с признаний: "наверное, ты в какой-то степени прав" и "наверное, я не во всем прав". Таким образом мы приближаемся друг к другу, так как каждый из нас готов личную правду другого сделать частью своей правды. Диалог - это создание взаимности и основное средство достижения общественной правды. Диалог означает, что люди вышли из подполья, приблизились друг к другу. Начало диалога - выход из подполья. Надо переступить порог, протянуть руку, найти общее место для разговора. Это место не будет уже укрытием, в котором человек остается один со своим страхом, а будет местом встречи, началом какой-нибудь общины, дома".
Казалось бы, что здесь нового для русского человека? Не о том ли говорил еще Достоевский? Ведь Мы-община (коллектив, класс, народ, Евразия, соборность) - это основа "русского" миросозерцания. Чем Евросоюз, где солидарное Мы, по крайней мере в теории, - основа общежития, отличается от Евразии?
Разница существенная! Солидарное Мы, в отличие от "русской" (и тем более коммунистической) общины, не поглощает свободного, пусть даже гордого Я. Ведь Я - это "хранитель древностей" (совести, чести, гонора...), без которых нет культуры и такого существенного элемента культуры, выработанного тысячелетиями, каким является право. И без Я нет диалога. Если нет Я - нет и Ты. Остается тоталитарное Мы, которое не нуждается ни в диалоге, ни в праве; остаются политики, для которых все, о чем здесь говорится, - "факультет ненужных вещей".
На Мы, неприемлемое для поляков, в России работали поколения. А.С. Хомяков, противопоставляя свой идеал западному мышлению, писал: "В Европе <...> не допускают ничего истинно-общего, ибо не хотят уступить ничего из прав личного произвола". Вся борьба за так называемую народность, начатая в русской мысли в эпоху романтизма, привела в конце концов к полному поглощению индивида в советском Мы-народе. Когда Замятин создавал свою антиутопию, советское Мы еще не образовалось, но уже "носилось в воздухе". Ведь богоискатель Горький говорит: "Все несчастья начались от того, что первая человеческая личность оторвалась от чудотворной силы народа... и сжалась от страха, перед одиночеством и бессилием своим... Я - злейший враг человека". И коммунизм уничтожил этого "врага", чтобы получилось, как в "Катехизисе революционера" Нечаева: "Революционер - человек обреченный. У него нет ни своих интересов, ни дел, ни чувств, ни привязанностей, ни собственности, ни даже имени".
Среди русских мыслителей были, однако, и те, кто в какой-то степени предвосхитил суждения Тишнера о солидарном Мы. Это - духовные отцы существующего с 1930 года в эмиграции Народно-Трудового Союза русских солидаристов: С.Франк, С.Левицкий, С. и Е.Трубецкие, И.Ильин. Франк пишет:
" Я никогда не существует и немыслимо иначе, как в отношении ты - как немыслимо левое вне правого, верхнее вне нижнего и т. п. <...> Мы совсем не есть просто множественное число от я (как этому учит обычная грамматика), простая совокупность многих я. В своем основном и первичном смысле я <...> вообще не имеет и не может иметь множественного числа; оно единственно и неповторимо. <...> Поэтому мы есть не множественное число первого лица, не многие я, а множественное число как единство первого и второго лица, как единство я и ты ( вы). В этом - замечательная особенность категории мы. Вечная противопоставленность я и ты, которые, каждое само по себе и в отдельности, никогда не могут поменяться местами или охватить одно другое <...> - противопоставленность и противоположность преодолеваются в единстве мы, которое есть именно единство категориально разнородного личного бытия, я и ты. С этим непосредственно связана и другая особенность мы: в отличие от всех других форм личного бытия оно принципиально безгранично. Правда, эмпирически мы всегда ограниченно: всякому мы, будь то семья, сословие, нация, государство, церковь, противостоит нечто иное, в него не включенное и ему противостоящее, - какие-то вы и они. Но вместе с тем мы в ином, высшем соединении может охватить и включить в себя всех вы и они - принципиально все сущее; в высшем, абсолютном смысле не только все люди, но все сущее вообще как бы предназначено стать соучастником всеобъемлющего мы и потому потенциально есть часть мы. Если я могу сказать мы про узкое единство моей семьи, партии, группы, то я могу вместе с тем сказать мы, люди, или даже мы, тварные существа. Мы есть, следовательно, некая первичная категория личного человеческого, а потому и социального бытия".

Здесь основная разница между русским солидаризмом и идеей солидарности в толковании Тишнера, для которого солидарное "Мы" не первично, а вторично, и даже не по отношению к "Я" и "Ты", а по отношению к "для него". Сперва - раненый и его крик, потом - отзывается совесть, сумевшая услышать и понять этот крик, и только тогда рождается община. Персонализм, человеческое достоинство здесь на первом плане, на втором - диалог, на третьем - солидарное Мы.
Для коллективизма, как бы его ни назвать, здесь вообще нет места, как нет места и для коллективизма в "Европе" и Евросоюзе.


Формулируя этику солидарности, Тишнер предполагал, что ей не нужен враг. Десять лет спустя он осознал свою ошибку.

В 1990 году он писал:

"Надо ясно сказать: этика солидарности уже не в состоянии охватить и разъяснить все вырисовывающиеся конфликты. Ибо что говорила эта этика? Она говорила, что нам надо быть вместе, действовать без применения силы, что этика должна стоять выше политики. Все это было ясно, когда был враг. <...> Когда враг исчез, наше вместе расползлось. <...>

Некогда Норвид, размышляя над причинами упадка народов, писал, что не в силу неуважения к власти, а особенно королевской, одни народы существуют, а другие перестают существовать. Потому что, будь это так, вся Европа развалилась бы. Причины упадка и развития народов одни и те же: уважение или неуважение к Человеку. Я возвращаюсь к этой мысли Норвида при особых обстоятельствах, в которых мы оказались. Ларек коммунизма развалился. Но толпа перед ларьком пока еще стоит. Что сделать, чтобы эта толпа стала обществом, чувствующим свое национальное достоинство? В этом направлении сделано уже немало. Но следует сделать еще кое-что. Следует вернуться к простейшему опыту - уважению Человека?.

Для Тишнера однозначно, что идею и этику солидарности можно спасти лишь путем уважения к личности и к ее неотторжимым правам, что еще сильнее надо связать персонализм с солидарностью, что самой большой ценностью должен быть всегда Человек-личность, а не Мы-коллектив.
И вот прошло очередное десятилетие, Тишнера в живых уже нет, а толпа перед ларьком коммунизма все стоит - и в Польше, и в России.

А уважение к Человеку? - Вот вы, Человек-славянин, подходите к пешеходному переходу в "Европе" (Лондоне, Берлине, "какой-нибудь" Лозанне...), а потом - в Варшаве и в Москве. Закон везде одинаковый: "Водитель транспортного средства обязан уступить дорогу пешеходам, переходящим проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу". В "Европе", едва лишь вы подошли к пешеходному переходу, машины остановились. В Варшаве вам придется пропустить машины четыре - пятая-шестая остановится. А в Москве? Риторический вопрос? А попробуйте лечь в больницу "с улицы" в каком-нибудь из этих городов. Не хотите в Москве, у "всечеловеков"? Предпочитаете в Лозанне, а не в Варшаве? Это понятно - ведь вы хотите уважения к своей личности, а по крайней мере - к своему больному телу.
Русское отношение к "польскому гонору" один из современных публицистов отобразил в анекдоте: поляки глотают сырые яйца, чтобы даже дерьмо с глянцем выходило. А я защищаю польский гонор и сожалею, что его все меньше в повседневной жизни, а из политики он почти вообще исчез, так как его место занимает политическая и экономическая выгода. Но если ты хочешь быть человеком гонора и требовать от других уважения к себе как личности, ты должен вести себя достойно и с уважением к каждому другому человеку-личности. Стоит! - и в этическом и эстетическом плане.
skysight: (Default)
Источник:
http://www.svoboda.org/content/article/27335973.html

"В середине октября американский математик Дэвид Мамфорд, как и Майкл Атья, лауреат "математического Нобеля", Филдсовской медали, ответил на статью Зеки и Атьи пространным эссе “Математика, красота и отделы мозга”. Мамфорд подчеркивает, что его рассуждения основаны не на строгом научном методе, а на собственном богатом опыте и общении с крупнейшими математическими мыслителями 20-го и 21-го века. Мамфорд предлагает разделить математиков на четыре группы (или “племени”) по тому, что движет ими в исследовательской работе – “в путешествии по эзотерическому миру”, как формулирует автор. Эти группы – Первооткрыватели, Алхимики, Борцы и Детективы.


К Первооткрывателям американский ученый относит исследователей, которые, подобно путешественникам прошлого, исследуют малоизведанные математические континенты и открывают новые материки. Среди Первооткрывателей Мамфорд выделяет Собирателей драгоценных камней, для которых важнее всего найти новый математический объект, и Картографов, которые прокладывают на новых землях маршруты, по которым вслед за Первооткрывателями пройдут другие ученые.

К числу первооткрывателей относятся, например, античные математики, когда-то нашедшие все правильные многогранники – трехмерные многогранники, каждая грань которых – правильный многоугольник, а в каждой вершине сходится одинаковое число ребер. Таких многогранников существует только пять – тетраэдр, октаэдр, икосаэдр, куб и додекаэдр. По всей видимости, три из них были известны еще Пифагору, но еще два, октаэдр и икосаэдр, были открыты Таэтетом Афинским только 100 лет спустя. Как могло быть сделано такое открытие? Наитие, фантазия, пространственное воображение, озарение – вот главные инструменты Первооткрывателей, которых среди математиков много и сегодня. Конечно же, не все из них геометры, так, Дэвид Мамфорт упоминает американского математика Майка Артина, построившего теорию так называемых некоммутативных колец – абстрактных математических структур, в которых объекты можно складывать и перемножать, но x умножить на y не обязательно равно y умножить на x. Вряд ли сам Артин мог бы рассказать, как ему удалось наткнуться на этот богатейший математический материк, но воображение, способность представлять себе геометрические фигуры, свойственная многим Первооткрывателям, вряд ли сыграла здесь роль. Согласно апокрифу, когда алгебраиста Ирвина Каплански спросили, что он видит, когда думает о кольце (ring), он ответил: “Я вижу букву R”, то есть стандартное обозначение кольца в математической записи.

Мамфорд отмечает, что из 60 формул исследования Зеки и Атьи только три (с номерами 12, 15 и 28), так или иначе, имели отношение к открытиям Первооткрывателей. Но разве мало красоты в способности человека к озарению – и имеет ли эта красота отношение к визуальному восприятию прекрасного?


Второе математическое племя – Алхимики. Источник их вдохновения – скрытые связи между различными математическими областями. Обнаружение таких связей, похоже, по словам Мамфорда, “как если бы мы налили содержимое одной мензурки в другую и получили бы что-то удивительное, подобное взрыву”. Алхимической можно назвать связь между трисекцией угла и поиском корней многочлена третьей степени, найденную в эпоху Возрождения. Связывающая e, Pi и корень из минус единицы формула Эйлера – тоже, безусловно, алхимическая. Но и формула Рамануджана, в которой Pi выражено через несколько чисел, могла быть придумана только Алхимиком. Красота математической алхимии – в обнажении общности законов природы, она как раз того рода, что заставила сделать свой выбор Анатолия Вершика.

Третья группа – Борцы. Хотя математика точная наука, в ней слишком много объектов и величин, которые мы можем оценить, только сравнивая друг с другом. Хлеб Борцов – сравнения, асимптотические приближения, приближенные оценки.Характерным плодом Борца в списке Зеки – Атьи является формула Стирлинга для факториала (номер 41 в списке). Факториал натурального числа N – это произведение всех чисел от 1 до N. Такая функция повсеместно встречается в математике – от комбинаторики и теории вероятностей, где факториалы позволяют подсчитывать число событий определенного рода, до анализа, где они возникают, например, при разложении в ряд. Но факториалы неудобны, математикам куда проще обращаться с показательными функциями и экспонентами и перейти от одного к другому позволяет – пусть и асимптотически – как раз формула Стирлинга. “Важно осознавать, что за пределами чистой математики именно неравенства играют центральную роль в экономике, компьютерных науках, статистике, теории игр и исследовании операций. Возможно, обсессия тождествами – аберрация, уникальная для специалистов в чистой математике, – тогда как реальный мир управляется неравенствами”, – пишет Мамфорд. Математическая красота, которой добиваются Борцы, – не в последнюю очередь красота способности математики сложить людям на практике, в которой этой точной науке так часто наивно отказывают.

Наконец, последние – Детективы. Это люди, цель которых – раскрыть большое дело, найти решение какой-то особенно важной и глубокой задачи. Они повсюду ищут улики, они могут вскрыть в комнате паркет, надеясь найти под ним другой уровень объяснения. Они пользуются плодами Первооткрывателей, Алхимиков и Борцов, но ради своей собственной цели. И продвижение дается дорого: “Обычное состояние математика – находиться в тупике”, – говорил американский математик Питер Сарнак. Типичный детектив – Эндрю Уайлз, доказавший не поддававшуюся никому три с половиной века Большую теорему Ферма (номер 58 в списке). Еще один Детектив – Григорий Перельман, за несколько лет аскетического затворничества разобравшийся с гипотезой Пуанкаре. Именно такие люди становятся образцами для массового архетипа математика – гении, посвятившие себя решению абстрактной головоломки. И даже если путь к доказательству не обязательно окажется изящным, подвиг их разума, нашедшего выход из вечного тупика, красив особой красотой, не похожей на красоту открытий остальных математических племен.

Мамфорд отмечает, что для каждой из четырех групп – Первооткрывателей, Алхимиков, Борцов и Детективов можно подобрать отдел мозга, наиболее соответствующий их методам, и это будут разные участки мозга, а не одна только медиальная орбитофронтальная кора
. Но даже такая попытка описать физиологическую основу математической красоты – спекуляция. “Предвидение нового абстрактного мира, раскрытие новых тайн, построение глобальных иерархий и решение сложнейших головоломок – вот четыре аспекта математики, которые ученые находят наиболее красивыми, – заключает Дэвид Мамфорд. – Но каждый из этих характерных видов красоты связан с различными видами ментальной деятельности. Можно ли надеяться связать каждую из них с конкретной зоной мозга?” Действительно, исследование Зеки и Атьи, основанное на достаточно ограниченном эксперименте, доказывает лишь то, что восприятие математической красоты в одном из ее аспектов в чем-то похоже на восприятие каких-то граней художественной или музыкальной красоты.

***

Но есть ли что-то в математической красоте, объединяющее все ее ипостаси, описанные Мамфордом, и фундаментально отличающее ее от других видов прекрасного (а может, наоборот – связывающее с ними)? “Платон считал математическую красоту высшей формой прекрасного, – пишут Семир Зеки и Майкл Атья, – ведь она происходит из чистого разума и связана с вечной и неизменной истиной”.

Анатолий Вершик написал на доске формулировку Большой эргодической теоремы, потому что она, плод чистого разума, описывает глубинное устройство природы. “Математик играет в игру, правила для которой он выдумывает сам, физик играет игру по правилам, которые даны природой, – писал один из создателей квантовой механики, Нобелевский лауреат Поль Дирак в 1939 году. – Но со временем становится все более очевидно, что именно те правила, которые кажутся интересными математику, и выбрала природа”. Красота математики – в способности увидеть истинную суть вещей. Пожалуй, это относится к любой красоте".

________________________________________________________________________________________

Интересно, а как назвать тех, кто ставят перед Детективами самые хитрые задачи, но решить их самостоятельно не могут?
Ведь не обязательно задачу исторически решает именно тот, кому в голову пришла её формулировка.
skysight: (Default)

...Я считаю, что каждая выходящая в двадцать первом веке книга должна быть прежде всего опасна, ядовита и вызывать ужас у определенных кругов, как были когда-то опасны для советских литературных бонз не очень литературно качественные мюнхенские издания. Эти бонзы часто требовали разобраться с печатавшимися там авторами по законам эпохи революции – то есть без суда сразу к стенке. Гробмановский журнал продолжает быть опасным и в современной ситуации – в этом его притягательность.

Опасными для окружающего болота могут быть только абсолютно во всем независимые писатели и печатающие их издания.

Сегодня и весь традиционный прекрасный Божий мир, и окружающая людей природа во всем ее многообразии, и сама личность человека, несущая на себе гремящую бубенчиками клетку пресловутых «прав человека», окружены враждебным агрессивным виртуальным псевдомиром, т.е. мы все живем в условиях всемирного заговора так называемых немногочисленных элит, опирающихся на бесчисленные армии чиновничества и технократии, желающих подковать и посадить на цепь скачущую блоху свободной мысли и ввести в свою систему каждое отдельное независимое от любого государства человеческое существование.

Авторы, сгруппировавшиеся вокруг гробмановского «Зеркала», всегда – и в советское время, и теперь – прежде всего индивидуалисты без четко выраженного политического окраса.

И я, и все мы уверены, что к середине двадцать первого века появится и новая общечеловеческая привлекательная идеология, и социальная модель, опирающаяся на традиции старого европейского гуманизма и идеализма, а не на так и не изжитые до конца тоталитарные отрыжки эпохи диктаторов, к сожалению, по-прежнему заманчивые для очень многих, особенно в России.


Двадцать первый век начался с войн, так, по-видимому, дело пойдет и дальше, ибо грядет великий передел сырьевых территорий мира и долгий период тектонических геополитических катастроф.

Невиданные мятежи, которые в начале прошлого века предчувствовал Блок, должны на новом витке сполна реализоваться в наступившем столетии, обещающем быть эпохой совершенно новых смут и совершенно дотоле не известных и не предполагаемых расовых конфликтов и вновь возникших на их почве союзов и государств.

Вызовы традиционному человеческому человечеству брошены очень серьезные. Я не верю ни в возможную эволюцию в любом ее аспекте и ассортименте, ни в изменение среднестатистического человека – со времен Древней Ассирии и Рима человек мало изменился, но несколько помельчал и физически, и духовно, и ему активно при помощи технизированных средств разрушения сознания и индивидуума помогают деградировать и превращаться в управляемое двуногое животное.

Среди многих современных вызовов есть и исламский, одинаково опасный и для России, и для Израиля, одиноко несущего со времен падения Йоханнесбурга миссию белого человека на африканском континенте. На месте Израиля есть желание создать Иерусалимский халифат, а на месте России исподволь, без шума, по-кротячьи, ведется работа по становлению казанско-исламского государства, т.е. возрождение в новых условиях Золотой Орды.

Борьба же современного Запада с исламской угрозой по-прежнему спорадична и судорожна и часто носит полурекламный характер, исключающий введение обязательного всемирного эмбарго на поставки любым мусульманам современного оружия и технологий. Смутные предчувствия и конкретные прогнозы грядущего томят и людей, проживших большую часть своей жизни в столь долгом двадцатом веке и теперь несколько неожиданно для себя перешедших в двадцать первый, и людей средних поколений, и молодежь.

(с. А. Смирнов, фон Раух, 2004 год)
___________________________________________________________________________

Авангардисты такие авангардисты =)
skysight: (Default)
"Много пишут нелепостей об Антоне Чехове. Мало кто хорошо понимает этого писателя и его современность и злободневность. Антон Чехов – это особое явление, а потому он и современен. Много пишут о патологии Достоевского. Чехов во сто крат патологичнее Достоевского. Рядом с Чеховым Бунин – здоровый кобелина-дворянин, грешащий по гумнам с девками и трескающий на псарне водку. Бунин не интересен, когда он пишет о людях, – он писатель «интерьерный»: усадьба, лес, дождик, и человек у него – часть обстановки, обретающий значимость только после смерти. О живых Бунин не умел писать и не понимал их. Сколько ни читай Бунина, никогда не почувствуешь своей плотью чужой жизни, скрытых пружин ее. Бунинские женщины – манекены, объекты сексуальных потребностей половых психопатов, в основном дворянско-мужицкого происхождения. Очень жаль, что у Бунина не описаны случаи некрофилии и скотоложеств, в этих жанрах он не имел бы соперников.

Чехов же, напротив, весь трепетно, таинственно живой. Его персонажи живут мучительно одинокой, полной таинственных порывов жизнью. Им все тягостно, им все трудно, они полны неосознанных импульсов и желаний. Они – сама тайна отдельного человеческого существования. Чехов откладывал частицы себя в раковины чужих судеб, и они превращались в жемчужины лучшего и правдивого, что когда-либо написано о людях. Ни до, ни после Чехова никто не писал такой страшной и мучительной правды о жизни людей.

Рядом с ним Мопассан грешит фарсом и скрытой тенденцией недоброжелательства к двуногим. Чехов же величественно прост: «Я несчастен и одинок. Одиноки и вы. И никто ни меня, ни вас никогда не поймет». И не понимают, и не понимали. А теперь, среди общего литературного гниения и подавно понимать не хотят.

Отстраненность жизни человека от мертвенно-прекрасного величия природы – основная тема его творчества. Как мучительно и страшно копошатся души его персонажей среди величественной и милой среднерусской природы. Какое страшное противоречие. Невольно вспоминается раненый князь Андрей и бездонное небо Аустерлица.

Чехов бессмертен. Доживи он до наших дней, он так же бесстрашно писал бы о дикости современной цивилизации, о варварском одичании, о потопе порнографии… Чехов – единственный, кто бы смог написать правду о русской революции, без тенденциозных вывихов влево и вправо. Чехов честен. Правда, он о многом молчал. Молчал не потому, что не знал, а потому, что знал слишком много. О русской революции и революционерах Чехов знал очень хорошо, но не писал – только в одном, не изданном в СССР, письме к Суворину он пишет о социал-демократах, об их самодовольстве, невежестве, о тех порядках, какие они установили бы в русской литературе. Не буду дословно цитировать, так как под рукой нет оригинала, а большевики его никогда не издадут.

К числу советских легенд о Чехове относится и легенда об идиллических отношениях его с МХАТом. У Чехова действительно были близкие отношения с Немировичем-Данченко, литературно тонким человеком, почитавшим его драматургию, и с некоторыми актерами труппы, например, с Артемом. Но Станиславского он неоднократно называл «любительствующий купчик Алексеев», а многое, весьма лестное для МХАТа, говорил «чтобы не обидеть». Русский варвар Островский действительно сделал Малый театр «домом Островского», а МХАТ – место временного пребывания Чехова, но не «дом Чехова». Правда, Чехов использовал МХАТ как «дом», но определенного сорта, выбрав из среды «художественников» жрицу любви Книппер, когда понял, что скоро умрет, и пожелал умереть «с шиком» при такой семитически страстной профессионалке. Но это не больше, чем способ самоубийства чахоточного. Единственный, к кому всерьез относился Чехов, – это Лев Толстой. Толстой при его кроличьей плодовитости, толстой жене, куче детей – картежников и кутил – был в своем разоренном имении ужасающе одинок. Но за Толстым стоял миф его рода, клана, за Чеховым была пустота, нищета и унижение лакейской. В Толстом Чехов ценил его одиночество и беспощадность, которая была отлична от чеховской беспощадности. Толстой – дворянин, густопсовый, с высоты своего происхождения он судил все остальное. Чехов подглядывал за людьми, не возвышаясь над ними, безжалостным взглядом врача-аналитика. В его взгляде на людей нет предпочтения – он безразличен ко всем и одновременно сочувствует всем. «Мы все в ловушке» – это его скрытый девиз.

Его социальные идеалы? Таковых у него не было. То есть, из существующих на земле социальных группировок он не сочувствовал ни одной. Ему хотелось верить, что со временем люди перестанут вести скотский образ жизни, жрать, убивать, растлевать женщин и детей, заставлять голодать половину человечества.

Один современник Чехова, старый писатель, говорил мне: «В России интеллигенция – это класс».
И еще: «Мы (интеллигенция) жаждали революции, но не той, которая произошла».

Чехов, конечно, никогда бы не сказал таких благоглупостей, но в тезис о том, что культурные люди – это основная движущая сила будущего, ему хотелось верить. Со времени его смерти прошло почти семьдесят лет, и с тех пор в мире ничего не изменилось – по обеим сторонам «занавеса» царит такое же скотство, у власти все то же скопление обожравшихся эгоистов, а культурные люди сидят по углам, и их используют как проституток.

Придет ли когда-нибудь культурный слой к власти – это очень и очень неясно.

О власти Чехов писал вскользь – он вообще не был политическим трибуном, как художник он описывал явление, но не называл его. Однако пакостность и уродство, корысть власти он показал как никто. Поэтому Чехова не может любить ни одно правительство, он потенциально опасен любой власти, основанной на корыстном использовании большинства.

Революционность Чехова – в его вере в конечную победу интеллекта над скотоподобным двуногим. Чехов враждебен и монополиям, и толстобрюхим адвокатам самого невежественного класса общества – пролетариата. Он враг всякой диктатуры, кроме диктатуры интеллектуальной целесообразности. Очень страшный для диктатуры пролетариев и буржуа писатель Чехов. Он будет еще очень и очень долго актуален и современен.

Если можно назвать интеллигенцию классом, то этот класс всегда будет иметь в Чехове вернейший «глаз», оценивающий чудовищность окружающего.
Модернизм как таковой Чехов всегда отвергал. Он подозревал модернистов, сделавших модернизм своей профессией, в скрытом предательстве и проституции.
Основы модернизма лежат в эстетизме первых крупных фигур, плюнувших в лицо человечеству. Это Ницше, Уайльд, Ибсен. Этот ранний модернизм Чехов принимал.
О Ницше он выразился приблизительно так: «Вот появился один оригинальный философ и сразу с ума сошел». Надо знать и понимать Чехова, чтобы найти в этой сентенции скрытое сочувствие.

Величие Оскара Уайльда – в его утверждении, что искусство и художник могут преобразовать уродство и безобразие жизни. Отбросив парадоксализм Уайльда, эту же мысль можно найти и у Чехова.

Позднейшие же модернисты, сделавшие надругательство над людьми своей профессией, стали теми «скорпионами» – лабазниками-торговцами типа Брюсова и Ко, – которые вызывали отвращение у Чехова. Да и сейчас (я не говорю об СССР, где нет вообще никаких свобод и условий для творчества) на Западе есть люди такого же размаха и такой же судьбы, как эстеты начала века.

Но все они, включая экзистенциалистов, конформисты и вполне «домашние прирученные животные».
Их анализ общества эпатажен, но не несет в себе динамита для взрыва.

Чехов же весь набит этим динамитом перемен.
Опасно, очень опасно издавать Чехова, но издают – он хорошо раскупается и читается, и… и плохо понимается.


(с. Алексей Смирнов)
skysight: (Default)
Прочитавши мой рассказ, напишите мне. Он Вам не понравится, но Вас и Анны Михайловны я не боюсь. Я боюсь тех, кто между строк ищет тенденции и кто хочет видеть меня непременно либералом или консерватором.

Я не либерал, не консерватор, не постепеновец, не монах, не индифферентист. Я хотел бы быть свободным художником и — только, и жалею, что бог не дал мне силы, чтобы быть им.
Я ненавижу ложь и насилие во всех их видах, и мне одинаково противны как секретари консисторий, так и Нотович с Градовским. Фарисейство, тупоумие и произвол царят не в одних только купеческих домах и кутузках; я вижу их в науке, в литературе, среди молодежи...
Потому я одинако не питаю особого пристрастия ни к жандармам, ни к мясникам, ни к ученым, ни к писателям, ни к молодежи.
Фирму и ярлык я считаю предрассудком.
Мое святая святых — это человеческое тело, здоровье, ум, талант, вдохновение, любовь и абсолютнейшая свобода, свобода от силы и лжи, в чем бы последние две ни выражались.
Вот программа, которой я держался бы, если бы был большим художником.

Однако я заболтался. Будьте здоровы.

(с. из письма Чехова Плещееву)
skysight: (Default)
Сабж:
http://anlazz.livejournal.com/93962.html#comments
___________________________________________________________________________________________

Про творчество Стругацких очень трудно написать так, чтобы не профанировать его.
Можно было бы ориентироваться на "элитистский" стандарт - прочитать сначала все существующие статьи, курсовые и дипломные по Стругацким, неспешно пролистать историю утопий и изысканий человечьих ,начиная от Мора, Гоббса и Кампанеллы - а затем писать или лучше, или никак, если будет что сказать нового и по существу вопроса, и чтоб оно не попало в понятийную сетку литературного "модернизма", "постмодернизма" или "трансмодернизма".

Иначе будет народно-анекдотическое:

Эволюция творчества Стругацких:
1)Добрые люди в добром мире
2)Добрые люди в недобром мире
3)Недобрые люди в недобром мире

Или,как у сабжа - кризис социализма и солидарности трудящихся, понимаешь, отразили,как в зеркале, писали, тупо ориентируясь на аудиторию.

* и это при том, что "шестидесятники" были скорее "умеренной оппозицией", нежели главенствующим "духом эпохи"*

Можно таким макаром и того хуже, дойти до "Сказа о том, как Стругацкие и прочие мрази СССР развалили" - в духе мифологично-параноидального "рок-музыка разрушила родной-любимый СССР"


Законы ЖЖ обеспечивают попадание в Топ самых срачных постов. А я всё наивно ведусь :)

Если же говорить о тех рецензиях,которые "доступно" для народа редуцируют творчество Стругацких, но так,чтобы это не слишком оскорбляло святые чувства фанатов - то минимально приемлемый "редукционизм", одобряемый Аксолотлями, наверное, представлен тут:

Стругацкие, иди Последняя Идеология России - 10 моральных дилемм.
http://expert.ru/russian_reporter/2012/47/schaste-dlya-vseh-darom/

Можно эту статью назвать "Стругацкие и их Вселенная за 15 минут":)

Но мне такие "пересказы" все равно не любы.(-__-)
С некоторыми писателями надо знакомиться глубоко лично,непосредственно, таить в себе поверхностные впечатления и даже популяризировать их достаточно целомудренно и выдержано.


Пересказывать "на пальцах" явления такого порядка даже как-то святотатственно, ибо слишком важна эмоциональная, атмосферная составляющая, которая "прорастает" в тебя и оставляет в тебе неизгладимые оттиски впечатлений, инициатические "печати", "алхимическое крещение огнём, водой, ужасом, победой и поражением".
skysight: (Default)
Сабж
http://www.svoboda.org/content/transcript/27316142.html
________________________________________________________________________________________________
...Впервые вижу,чтобы с такой почти леворадикальной гипер-политкорректностью кто-то отзывался о Мизулине с Милоновым.
Возможно, они люди и порядочные в прошлом. Но даже самый разумный человек,как показывает жизненный опыт, нет-нет, да и Ляпнет Хуету. Что должно быть простительно, пока это не переходит грань разумного. Определить эту грань бы поточнее...

*Меар Он*
*Орфис несёт Хуету Он*
То,что человек когда-то был либералом или что он декларативно либерал, не отменят необходимости развиваться и необходимости понимать пределы своих допущений.
Если Милонов когда-то был , по его мнению, "либералом", то есть человеком просвещенческих ценностей, ценностей индивидуализма, гуманизма, рационализма, прогрессивизма, секуляризма, антиклерикализма, но "сломался" и стал креационистом, нигилистом, патриархальным консерватором-шовинистом-изоляционистом, не означает глубинного превосходства последней системы убеждений над первой(особенно если в молодости первая была принята бездумно и без понимания стратегических перспектив либеральной гражданско-правовой культуры).


Люди часто(почти всегда) меняют свои ценности в подростковом возрасте, в середине и в конце жизни на те,которые им представляются диаметрально противоположными - "маятник" качается и период ввозрастных кризисов "откатывается" в положение компенсации потерянных в процессе утверждения некоторых положений ценностей.

Психика большинства людей в поле идеологии - не система взаимосвязанных однонаправленных ценностей,которая "едет" в нужную сторону, проверяя себя, совершенствуя свои положения, перестраиваясь иногда кардинально под влиянием новой информации, а именно такой "реакционный маятник", про который шизотерики-трансёрферы бают.

Здесь, боюсь, правы окажутся люди вроде Дейдры Макллоски и Шалома Шварца, который развил теорию универсальных психологических ценностей, основные оси которой подозрительно совпадают с диаграммой Нолана.



Добавит к этому немного критической деконструкции в духе Джонотана Свифта и собрать паззл, совместив его с той картинкой, которую сейчас предлагает современная психиатрия - и мы увидим готовый "Нейросоц" в его самом неизбежном варианте.
Повезёт ещё, если, "вращая колесо сансары", вращая колёсико потребностей, человек за всю жизнь так и не попадёт на те или ины сектора барабана, не почувствует в себе ни тяги к новизне, трансформации, познанию(либеральной), ни тяги к безопасности и покою(которая предпочитает "диктатуру" над собой), которые бы противречимли его позиции.
Но так бывает редко.
Психоаналитики, типа фрейдо-марксистов лакановского направления, плохо понимаютдвидение этого колеса и отталкиваются от стремления ребенка в своем развитии "вытеснить родительскю волю, превзойти недостатки данности".

Мне в этом отношении вспоминается история про Суфию Юсуф - дочь одного амбициозного дядьки,который хотел вырастить из неё гениального математика. Все усилия вложил. Растил в чёрном теле, бил, если не слушалась, силой прививал знания Высокого Матана, учил нравственности и приличию, дочь показывала блестящие успехи и считалась вундеркиндом и гением, поступила в Оксфорд в 13 лет... но во время учёбы в институте она резко взбунтовлась и сбежала , пропав без вести.

Вскоре её нашли.
Она стала проституткой, торговала своим телом и была ,по её заверением, более чем счастлива - она нашла свое истинное предназначение, ибо всегда, по её словам, хотела много секса,да почаще, да самого разного.
А от отца и от математики её тошнит.
Тёплая, полная радостей,обнимашек, целовашек и ебли жизни ей весьма в радость, особенно если за это ещё и платят.
И думать не надо.
Это и есть, мол, настоящая свобода.
http://newdaynews.ru/society/171459.html

В документальном фильме "Верующие" Билла Мара приводится схожая история, которая потрясла ведущего и немало его повеселила: один из самых ярых протестантов оказался не кем-нибудь, а бывшим лидером сатанинской секты, который всю молодость провел в наркотиках, вечеринках, алкоголе, распутных девах и юношах, имел кучу денег, ходил с долларами, высыпающимися из карманов, сорил деньгами,как мусором.

А потом вдруг понял, что его пустую душу теперь спасёт только Иисус и его любовь.
И стал ярым протестантом.

Билл Мар, атеист, антиклерикалист, недоуменно посмеивался над этой историей:
"И чего только человеку не хватало-то? В чем была его проблема? Лучше бы остался сатанистом!"

Ещё забавнее, когда из православных становятся...сатанистами, да.
Церковь Сатаны как-то даже гордо отказала одному дьякону в переходе в сатанизм, гнущаясь пиара и популизма:




Другой пример - с женой православного консерватора-националиста Егора Холмогорова, Натальей Холмогоровой, которая изначально была националисткой-православной, потом национал-сатанистской , подругой Варракса, а ныне - поддерживает Навального, атеистка, диалектическая материалистка, всё ещё - поцреотка, и всей душой обожает СССР.
Задним числом неизменно оправдывает русский народ и историю в духе "Ведь если что-то было русскими сделано,значит, оно было зачем-то нужно"


Мой любимый(впрочем, достаточно мифологический) пример -жизнь Будды,первая половина которой, по некоторым суттам, прошла в крайней роскоши.
Но даже если считать этот взгляд мифом, то в буддизме есть множество более достоверных случаев, когда в скромную монашескую жизнь периода ранней сангхи уходили молодые и богатые мужчины и женщины, хотя у них абсолютно всё было - и деньги, и вкусная еда, и дорогие постели, и личные слуги,отгоняющие комаров и слепней, и лошади, и повозки,и благовония, и плотские утехи, и дети, и возможность невозбранно заниматься любыми интеллектуальными и духовными упражнениями в респектабельном кастовом русле традиционного брахманизма.

Но нет. Они всё бросили и выбрали буддизм - и уходили в неизвестное, непостижмое путешествие, без надежды, без главенствующей воли бога, без кармического фатализма, без сословных рамок, без золота, без высоких постелей и роскошных одежд, без секса и онанизма, без азартных игр, без петушиных боев, без наслаждения насилием над другими, но зато с комарами, паразитами, постоянной саморефлексией и стремлением не к счастью на земле или на небе, а к наивысшей истине, мудрости, освобождению от всех циклов и унятию всех страстей.

Буддизм вообще интересен как одна из первых систем мысли, где была сделана радикальная попытка убрать из этической системы авторитаризм любого рода - даже авторитаризм Создателя, а также обойтись без "я"-концепции, избежав как крайности жертвенности, так крайнего эгоцентризма, как нигилизма, так и этернализма, как "метафизической ловушки", так и "диалектической ловушки".


Ещё пример - Онотоле Вассерман.
Изначально - ярый социалист. Потом - ярый либерал и антиклерикал.
Ныне - опять марксист, социалист, консерватор, авторитарист, религиозный маккиавелист и за жесткую плановую экономику и территориальный экспансионизм России.

Но тут не диалектика виновата и не эгрегоры трансёрфинга.
Это, скорее, реакция нашей нарциссической, регрессивной сердцевины на "забытые дома ключи", на выпавшие из потока сознания необходимые элементы мотивации, составляющие вместе...ну, назовём это "мудростью":)

В общем, люди - создания, очень предсказуемые в своей непредсказуемости, когда речь заходит о естественном балансе личного и общественного, как он им представляется внутри их собственной головы.

Тут сталкивается два начала - "диалектичское"(равновесное, компромиссное, стремящееся к статике) и логическое("прогрессивно-метафизическое", радикальное, динамическое)
Если говорить о психокультуре человечества, то пока доминирует "маятниковое",, диалектическое дёрганье на одном и том же месте.
"Энергии" при этом тратится много, а "работы" производится - очень мало.

Единственный выход я вижу в развитии объективистской культуры, которая позволит это "бросание из крайности в крайность, от "революционерства - к про-государственному конформизму" скомпенсировать своими внутренними механиками, направленными на максимизацию и оптимизацию процессов взаимодействия.

Иначе прав окажется Черчилль, с его "лево-правым" детерминизмом, хотя и не в таком узком смысле.

Возвращаясь к Милонову и его нынешнему национал-консерватизму православного толка на базе пройденного опытно нигилизма.
То,что человек - православный или был им, не даёт ему(не должно давать) привилегий в земном мире.
Это противно,в конце конов, Базовой Евангельской Матчасти. Настоящие дети Христа - те, кому в мире приходится туго по определению, те,кто мужественно терпит предельную и запредельную несправедливость, ничего против неё не делая, прощая, любя ближних и воспринимая все земные связи как вторичные по отношению к Небесной Отчизне.

Лично я не за такую этику, но я за последовательное применение своих же принципов их адептами.

Если же говорить о другой "мимимишке" - Мизулиной, то в её случае градус неадеквата обосновался явно не в рациональной части состава, а именно на аксиматичном, иррациональном, ценностном контуре.
То,что человек крутой юрист с железным обоснуем, не защищает ея от возможности глобального бреда на последующих этапах социосенсорного процессинга конечных выводов.
Когда крутой юрист с железным обоснуем призывает русских девок беременеть спермой Путина, для меня это такой градус православного дарвинизма, который уже не дает возможности воспринимать человека серьёзно.
skysight: (Default)
"...инженеры тоже бывают
разные. Есть два выраженных типа с распределением остальных между ними.

Один, получив задание создать машину или механизм для каких-то целей, какой-то работы, обладающую определенными параметрами типа – производительность не менее чем и т. п., бежит в библиотеку, изучает все уже созданные машины, подобные той, которую ему задали, и затем из существующих компилирует свою.

Другой, получив задание, ни в какие библиотеки не идет, никаких проектов, патентов и чертежей не изучает, а берет чистую бумагу и карандаш или ручку и начинает от нуля сочинять, изобретать машину, которая бы делала то, что задано. Конечно, «от нуля» это условно. Каким-то багажом знаний о подобных машинах он может обладать,а может и не обладать, но, главное он обладает, должен обладать, общетеоретическими знаниями и чем более фундаментальными, тем лучше.

И только когда он найдет решение, просчитает принципиальные вещи, требующие расчета, прикинет главные узлы, в общем, получит уверенность,что, да, так можно сделать и машина будет работать и условия будут выполнены, он начинает сравнивать её с уже существующими. Кстати, ему уже не приходится лопатить такого количества материала, как первому, а зачастую вовсе не приходится, поскольку он показывает свое решение коллегам и начальству и начинает работать коллективный опыт.

Один говорит: «Да, но есть подобная американская машина, и у нее этот узел устроен проще и лучше», а другой – «Я знаю немецкую, у неё производительность больше».

И часто после этого ни в какую библиотеку не надо идти потому еще, что ясно, что машина будет работать, требования задания выполнены, а в мире сегодня всего так много, что перелопатить всё это не хватит жизни"

Profile

skysight: (Default)
skysight

April 2017

S M T W T F S
       1
2 3 456 7 8
9 10 111213 1415
16 17 1819202122
23242526272829
30      

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 26th, 2017 08:45 am
Powered by Dreamwidth Studios