Почти рождественская история
Jan. 7th, 2015 10:12 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
skysightОригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
sandro_iz_che в Почти рождественская история
sandro_iz_che в Почти рождественская историяА со мной зато самая настоящая рождественская история приключилась не на Рождество, как у всех добрых христиан, а вовсе даже весной.
Ранним апрельским утром 89-го года в Западном Берлине я шел по улице к вокзалу (здесь надо для красоты добавить: "посинел и весь дрожал..." - и это будет почти правдой, потому что не выспался и было прохладно). Вокзал еще не открыли к первом поезду, и я остановился рядом покурить, прячась за угол от ветра. Тут из проулка вывернул местный сивобородый бомж, весь из себя такой же, как и я, заджинсованный и с огромной грязной сумкой адидас. Широко разулыбался в оба оставшихся зуба и залопотал что-то невнятное.
- Закурить, что ли? - грубо спросил я и протянул ему пачку.
Бомж замотал головой, нахмурился, явно намекая, что курение не одобряет, потом снова разулыбался и залопотал еще быстрее, глотая буквы и пришепетывая.
- Мелких нету, отвали, - еще грубее сказал я.
Бомж вздохнул, всем своим видом показывая, что впервые видит такого тупого, жестом попросил посторониться и постучал в дверь за моей спиной. В двери открылось окошко, бомж залопотал в него. Тут я, уже немножко пообвыкшись с его дикцией, разобрал слова "цвай" и "майн фройнд".
Окошко выдало бомжу два пластиковых стаканчика горячего кофе, две булочки и захлопнулось. Покопавшись в недрах сумки, бомж достал какой-то флакончик, подозрительно похожий на "Тройной", свернул пробку, щедро плесканул в оба стаканчика, и один протянул мне вместе с булочкой.
- Битте! - сказал он. - Кальт! - сказал он еще и добавил для тупых: - Бррр!... - показывая жестами, что сейчас холодно, а вот врежем по стаканчику - и сразу нам станет тепло и хорошо.
Тут, на мое счастье, наконец пробили часы, и вокзал открылся. Куда я и сбежал, думая о том, какие же причудливые образы может принимать добрая старушка из рождественского стишка, обогревшая сироту.
Ранним апрельским утром 89-го года в Западном Берлине я шел по улице к вокзалу (здесь надо для красоты добавить: "посинел и весь дрожал..." - и это будет почти правдой, потому что не выспался и было прохладно). Вокзал еще не открыли к первом поезду, и я остановился рядом покурить, прячась за угол от ветра. Тут из проулка вывернул местный сивобородый бомж, весь из себя такой же, как и я, заджинсованный и с огромной грязной сумкой адидас. Широко разулыбался в оба оставшихся зуба и залопотал что-то невнятное.
- Закурить, что ли? - грубо спросил я и протянул ему пачку.
Бомж замотал головой, нахмурился, явно намекая, что курение не одобряет, потом снова разулыбался и залопотал еще быстрее, глотая буквы и пришепетывая.
- Мелких нету, отвали, - еще грубее сказал я.
Бомж вздохнул, всем своим видом показывая, что впервые видит такого тупого, жестом попросил посторониться и постучал в дверь за моей спиной. В двери открылось окошко, бомж залопотал в него. Тут я, уже немножко пообвыкшись с его дикцией, разобрал слова "цвай" и "майн фройнд".
Окошко выдало бомжу два пластиковых стаканчика горячего кофе, две булочки и захлопнулось. Покопавшись в недрах сумки, бомж достал какой-то флакончик, подозрительно похожий на "Тройной", свернул пробку, щедро плесканул в оба стаканчика, и один протянул мне вместе с булочкой.
- Битте! - сказал он. - Кальт! - сказал он еще и добавил для тупых: - Бррр!... - показывая жестами, что сейчас холодно, а вот врежем по стаканчику - и сразу нам станет тепло и хорошо.
Тут, на мое счастье, наконец пробили часы, и вокзал открылся. Куда я и сбежал, думая о том, какие же причудливые образы может принимать добрая старушка из рождественского стишка, обогревшая сироту.
